Музыкальный клондайк новый номер

Видеть музыку

МДМТ Экспромт



Новости


Подписка RSS    Лента RSS


 

«Новая Опера» "Евгений Онегин"

Дмитрий Сибирцев:  у нас секретов от зрителей нет..

18 сентября в Московском театре «Новая Опера» состоялся сбор труппы. То, что все артисты собрались фактически в первый раз после того, как сезон уже стартовал, и первая премьера сезона – «Поворот винта» Бриттена – отгремела, связано в первую очередь с тем, что руководство театра хотело собрать именно полный состав труппы, ведь в конце августа многие были в отпусках после напряженной летней работы. Мы встречались с директором театра «Новая Опера» Дмитрием Сибирцевым как раз накануне открытия нового сезона, 20 августа.  Юбилейная, 200-я постановка «Евгения Онегина» собрала в тот день полный зал, что еще раз подтвердило: наша публика оперу любит и в «Новую Оперу» ходит с удовольствием.

Дмитрий Сибирцев

-Дмитрий Александрович, в прошлом году мы встречались с Вами практически в это же время – в день открытия сезона. Год прошел. Что изменилось в Новой Опере?

-Сложно сказать. В принципе, все движется так, как и должно – вперед. Более того, на мой взгляд, именно сейчас наступил момент свободы, когда можно в большей степени делать то, что душа желает, а не то, что было предопределено: и «Пиковая дама», и проекты этой весны были запланированы заранее, это не совсем творческий выбор, а данность, через которую надо было пройти. Сейчас мы обратили внимание на классический репертуар, и в ближайшее время будем ставить больше опер классического типа: премьерная «Свадьба Фигаро», новая постановка «Царской невесты», и единственный эксперимент в этом ряду – «Щелкунчик. Опера» на музыку Чайковского. Но это тоже классика…Так что тут мы полны надежд, и очень хочется, чтобы это было интересно для публики, хотя я считаю, что те проекты, которые у нас состоялись, публике также интересны. И музыка Майкла Наймана, и опера Перселла «Дидона и Эней» для определенной части зрителей стали открытием. А сейчас «Поворот винта» Бриттена - перенос спектакля из Северной Ирландии. Я давно считаю Бриттена классиком, и в этой опере музыка чудесная, изумительно воспринимается. Жаль, конечно, что, по условиям аренды, у нас идут только два спектакля, и дальше этой оперы не будет. Если вдруг «Поворот винта» заинтересует наших критиков, и его отберут на фестиваль «Золотая маска», мы потратимся и привезем его вновь, но это, конечно, будет сопряжено с определенными трудностями.

«Новая Опера» ДИДО Дмитрий Сибирцев

Вы говорите – год прошел. На мой взгляд, есть самый главный результат работы в театре: мы теперь хорошо понимаем, что можно ожидать от солистов нашей труппы, от музыкантов. Есть целый пласт молодых артистов, которые в ближайшее время будут олицетворять даже не будущее, а настоящее и будущее театра «Новая Опера». Те, кто не получали раньше много серьезных работ, но прошлым сезоном дали понять, что уже готовы к этому. И оперы нового сезона в большей степени ставятся из расчета их возможностей. У нас есть замечательная группа лирических теноров, партия Ромео – это, безусловно, для них. У нас есть великолепные баритоны, для которых полное раздолье в «Свадьбе Фигаро», как для исполнителей Графа, так и самого Фигаро (там, правда, партия пограничная между басом и баритоном, но я всегда предпочитал, чтобы Фигаро пели баритоны...). Там есть великолепные партии для лирических сопрано – это и Сюзанна, и Графиня, чуть более темная по окрасу голоса. У нас в театре такие певицы есть, они появились. Это будет интересно, и артистам полезно.

В прошлом году мы сделали точечные приобретения в театр, и все певцы быстро вошли в репертуар, доказав, что они профессионалы высокого класса. К примеру, Владимир Байков имел серьезный успех и в Израиле, и в Лондоне, когда пел Князя Игоря. Блестяще спел Иоканаана в «Саломее», более того, как раз очень многие вещи, которые были услышаны, дали повод задуматься, а не нужна ли нам «Саломея» как спектакль? Но об этом будем думать дальше. Сейчас в октябре планируем повторить концертную версию, тем более, что она была представлена в интересном художественном оформлении.

- Какие постановки ждут нас в новом сезоне?

"Новая Опера"

-Этот год был очень напряженным. Я считаю год уже не как сезон, а как календарный год. Мы за 2014 год ставим шесть спектаклей! Это очень много – по плану мы должны ставить всего два. Но так сложились обстоятельства – надо было обновлять репертуар и, конечно, были спецзадания, которые мы обязаны выполнять. В следующем, 2015 году, премьер готовим меньше – скорее всего, две или три. Но это даст нам возможность, во-первых, обратить серьезное внимание на скрупулезную работу над этими премьерами, а во-вторых, сделать большее количество концертных версий классических опер, которые интересны нашим певцам. Например, в 2015 году на Крещенском фестивале будем делать «Жанну Д’ Арк» Верди, «Богему» Пуччини...Невзирая на решение отменить Перекрестный год культуры Польши и России ставим «Короля Рогера» Шимановского. Беремся за «Мазепу» Чайковского в концертном исполнении. Еще на этом же фестивале у нас будут и «Страсти по Матфею» И.С.Баха. Программа – совершенно потрясающая. Мы думаем также о том, чтобы использовать самые сильные стороны наших артистов и пожелания дирижеров, и собираемся сделать несколько концертных исполнений тех опер, которые для постановки были бы громоздки, тяжелы для нас. Это серьезные названия. Не хочу сейчас их упоминать, потому что получится – мы захотели, а потом в КЗЧ кто-нибудь сделал…так бывает.

Алексей Татаринцев, Агунда Кулаева

Мы стараемся способствовать тому, чтобы в концертных исполнениях участвовали те артисты, которым нужно будет спеть эти партии потом за рубежом - то есть они уже будут готовы к туру. Мы работаем не только для себя, мы поддерживаем интерес певцов, чтобы они могли и дальше оставаться в нашем театре. Они постоянно в гастролях, поездках, но ведь что-то заставляет их сюда возвращаться и отдавать театру все время, которое у них есть? Они просто работают более плотно в эти периоды, когда находятся здесь. И нас это устраивает, а публика не обделена количеством спектаклей ни Василия Ладюка, ни Игоря Головатенко, или Маргариты Некрасовой, Лены Поповской, Агунды Кулаевой, Леши Татаринцева, других артистов. Все, кто выезжают, получают достаточное количество спектаклей. Просто мы сейчас учитываем и их расписание тоже. И мы никогда не будем вступать с ними в конфликт, говоря о том, что нет, не поедешь. Я знаю огромное количество артистов, которые уходили из другого театра по таким причинам. На мой взгляд, это не самый лучший вариант. Мне кажется, надо учитывать, что каждый артист – это творческая индивидуальность и понимать, что для того, чтобы он лучше выступал здесь, ему надо развиваться, питаться впечатлениями от постановок других театров, сравнивать…Такая вот политика.

Борис Стаценко

Кстати, год назад у нас Борис Стаценко в театре появился. На мой взгляд, это большая удача. Да, он будет петь спектакли в Большом театре. Да, он будет петь в Казани, Самаре, своем Дюссельдорфе…Но он достаточное количество времени и спектаклей будет петь в Новой Опере. В прошлом году участие Бориса Стаценко означало гарантированный аншлаг в любом спектакле. А в этом году у него юбилей, ему 55 лет. Многие считают, что это много. Знаете, как? Я Бориса помню так давно, что, когда я с ним поближе познакомился, мне казалось, ему должно было быть гораздо больше лет. Я его помню еще с юбилейного вечера Гуго Ионотановича Тица, выдающегося педагога Московской консерватории, а было это в 1984 году. Там была россыпь совершенно фантастических артистов. Начинал концерт совсем еще юный, молоденький Леша Мочалов, тогда еще студент. Заканчивал тот концерт Владимир Чернов. Я тогда учился в Мерзляковском училище, и мне все это было очень интересно. А Боря.. Мне казалось, он был всегда. Оказывается, ему только 55 стукнет. Так что юбилейный концерт Бориса – это, безусловно,  событие сентября.

Удачный опыт прошлого года – концертное исполнение «Паяцев» и «Сельской чести», когда мы поняли, что в театре есть силы, способные исполнять эти две оперы – опять же, кроме исполнителя партии Канио. К сожалению, получается, что сейчас эту партию мало кто вообще может качественно исполнить в России, поэтому мы не возобновляем постановку этих опер. У нас была идея сделать перенос яркого, хорошего на мой взгляд спектакля Льежской оперы в бельгийской постановке Хосе Куры, он бы приехал и сам спел партию Канио, ну, а кто бы дальше пел?

-У вас же Михаил Губский есть? Хороший тенор..

Михаил Губский

-Миша в прошлом году спел Тристана. Более того, он заинтересовал некоторые европейские оперные театры именно как исполнитель роли Тристана. Он – певец, который находится в хорошем для тенора возрасте, но он еще хочет петь и лирический репертуар и до сих пор к нему тяготеет. Да, у него зычный голос, и мы его никуда не торопим. Пусть он старается развиваться так, как хочет. Он уже спел Манрико, Германа, вполне возможно, будет петь и Канио. И другие оперы. Но пусть пока все-таки еще немножко дозреет. Мы говорим сейчас об артистах такого уровня, которые уже доказали, что было бы неправильно просто брать их и бросать в пекло, назначая на какие-то партии. Сначала надо с человеком поговорить и понять, насколько он себя все-таки в этом видит. Мы ему можем подсказать, «а вот нам кажется, что у тебя это хорошо получится» и так далее. Но он должен быть сам для себя внутренне готов и четко понимать, как большой профессионал, что та или иная партия не повредит его голосу. Не сделает так, что отрежет его от какого-то количества репертуара. Миша хорошо поет Туридду, а Канио – это несколько другой вариант. Я всегда вспоминаю карьеру своего отца в Пермском театре оперы и балета. Там никогда никого не спрашивали. Но люди, которые обладали той вокальной школой, и тем, что было заложено их педагогами в 50-60-е годы, та основательность, с которой они учились, была намного правильнее, чем сейчас. Она позволяла им выдерживать совершенно дикие нагрузки. Я помню шесть (!) спектаклей за 10 дней Владислава Верестникова в Большом театре с абсолютно разным репертуаром; приезды своего отца в тот же Большой театр, когда он пел сегодня Германа в Большом , а утром, находясь в аэропорту, узнавал о том, что другой тенор заболел и сегодня во Дворце Съездов – «Трубадур», и он ехал обратно в центр Москвы и в этот же вечер пел…Та основа, которая закладывалась у людей того поколения, и Борис – он один из тех, кто это застал – вот этому надо учиться нашим молодым артистам. Быть способными так работать. Сейчас уже пошло разделение на узких специалистов: певец считается моцартовским – он поет Моцарта, немножко захватывает Доницетти, а кто-то поет только Россини.

Дмитрий Сибирцев Новая Опера

Раньше все было немножко по-другому. Раньше человек обязан был уметь петь Альмавиву, через несколько дней – Надира, потом Ленского, потом Лыкова, потом Водемона, и так далее. И почему-то у многих это получалось. Был такой Эдуард Пелагейченко, совершенно замечательный тенор, который весь лирический репертуар пел так, что дай Бог каждому сейчас так петь. Сегодня ты – Пьер Безухов, завтра – Манрико. Конечно, у человека, который не приспособлен к работе в таких условиях, и у которого нет школы, вокальные проблемы возникнут очень быстро. А человек, у которого такая школа есть, может петь практически все. Я надеюсь, что те солисты, которые сейчас работают в театре, учитывая новые тенденции, то, что они подтянули себя стилистически, обращают внимание на то, на каком языке поют, и то, что, уже будучи солистами театров, они занимаются с педагогами, а это очень важно, - смогут долго и счастливо существовать в своей профессии, потому что, как говорили многие выдающиеся артисты, «сначала ты поешь здоровьем, а потом уже надо петь мастерством». Я думаю, что должно быть мастерство, а здоровье нужно сохранять как можно дольше. Это то, что касается наших певцов.

-Перед новым сезоном брали кого-нибудь новенького?

-В прошлом году мы брали даже шесть, хотя сначала речь шла о четверых: Бориса Стаценко, Владимира Байкова, Екатерину Миронычеву, Андрея Борисенко, Алексея Неклюдова и Алексея Богданчикова. Надо сказать, что у нас и Алексей Неклюдов, и Алексей Богданчиков только сейчас готовятся к своим серьезным работам, но Богданчиков уже спел Онегина, а Неклюдов 15 сентября дебютирует в Ленском. Ну, а потом уже Богданчиков будет участвовать и в «Свадьбе Фигаро», и в каких-то других спектаклях. Мне кажется, это очень хорошо. Во-первых, это немного развязывает руки и нашим другим баритонам, они могут более спокойно ездить, и он сам может выезжать. Тот же Леша Неклюдов постоянно выступает с оркестром Спивакова, у него огромное количество концертов. Но нам был нужен еще один такой лирический тенор, тем более что мы прекрасно понимаем, что каждый год и у Васильева, и у Татаринцева, и у Полякова будет все больше и больше предложений, связанных с другой работой. Не могут они тянуть весь репертуар и каждый день петь в театре. Поэтому нужно что-то выхватывать.

Также мы в этом году решили немного усилить такую позицию, как (я не хочу говорить, что это компримарио) «певцы второго положения», и вернули в театр Дмитрия Боброва, тенора (я сейчас говорю тенора, а тенором он поет всего полгода, до этого был баритоном и три года назад работал в театре «Новая Опера» в качестве баритона). По судьбе своего отца я опять же понимаю, что, когда человек имеет определенный потенциал тесситурный наверху и определенный склад личностного характера, хочется больше страстей... Поэтому многие певцы, которые обладают баритональным окрасом голоса, думают, «а не перейти ли нам в тенора»? Вот и Дима Бобров, у него красивый голос как баритон, я его слушал много раз, но душа рвется – вот туда, в тенора! Мы понимаем прекрасно, что он только в начале своего пути как тенор, но этого уже достаточно, чтобы петь какие-то теноровые партии, и жить в театре. А потом посмотрим, как будет развиваться его дальнейшая карьера, он будет заниматься, расти и мне кажется, это хороший работник для нашего театра.

Кстати, в прошлом году мы взяли двух ребят из хора, которые перевелись в солисты – Антона Бочкарева и Александра Попова. Мы ими довольны, они прекрасно работают. А в этом году произошел еще один забавный случай, когда на прослушивание в хор пришел певец, и комиссия его послушала, возник вопрос – а что ему в хоре-то делать? Это же солист. Причем такой, который выступал уже и за рубежом. Но так сложились обстоятельства, что он приехал в Москву, ему нужно было получить хоть какую-то работу. И он ее получил, но уже в качестве солиста. Это Григорий Яковлев. Когда он пел у нас на прослушивании, я сразу вспомнил плеяду баритонов Большого театра – Владислав Верестников, Игорь Морозов, Владимир Мальченко…Он человек основательный, хорошей вокальной школы и, невзирая на наш сильный состав баритонов, мне кажется, он займет хорошее место. И тоже будет творчески расти, он еще молодой человек.

Мы продлеваем наше сотрудничество с Марией Пахарь: она уже поет Леонору, готовит еще несколько партий и будет для нас очень полезной певицей. Будем разговаривать с Ирочкой Боженко из Екатеринбургского театра оперы и балета, которая должна принимать участие в постановке «Ромео и Джульетты», а как дальше сложится, посмотрим. Я не скрываю, что такую хорошую певицу хочу видеть в нашем театре. Но у нее есть обязательства и перед Екатеринбургским театром.

Мне бы очень хотелось, чтобы в труппе театра появился еще хотя бы один серьезный бас, потому что Владимир Кудашев, Виталий Ефанов – да, они больше времени находятся здесь, но они тащат практически весь репертуар, а Сергей Артамонов много ездит, и Евгений Ставинский тоже. Сейчас мы прорабатываем различные варианты. Нужно еще, конечно, крепкое сопрано, но с сопрано всегда большая проблема.

Камерный хор Театра Новая Опера

-Какая ситуация сейчас с хором? Вы в июне делали набор, хор обновился?

-Состав хора частично будет обновлен, но у нас огромный хор, поэтому нельзя сказать, что это какая-то революция. Нам придется расстаться с некоторыми артистами, которые в последнее время именно «служили» в хоре и за последнее время практически не выходили на спектакли, по причине того, что они этого уже не могут делать…Уровень, который показали молодые ребята на прослушивании, а они жаждут войти в работу – достаточно серьезный. И человек 15 у нас в хоре, наверно, появится. Молодых. Вообще, надо понимать, что условия работы так складываются, что нам одновременно надо будет показывать спектакли на основной сцене и давать концертное исполнение какой-нибудь оперы в другом месте. Должны быть обеспечены два состава оркестра и полноценная хоровая составляющая. Это очень важно.

-А с дирижерами какие новости?

-Мы берем себе в штат на полную ставку Андрея Лебедева, он себя прекрасно зарекомендовал. По остальным дирижерским позициям у нас изменений пока нет.

-Фабио Мастранжело планируете привлекать в новом сезоне?

Дмитирй Юровский Новая Опера

-Фабио ставит нам «Ромео и Джульетту». А Дмитрий Юровский – «Щелкунчика».  Я надеюсь, что в будущем Дмитрий Михайлович сможет нам помогать не только в спецпроектах. Мы ему благодарны, что он своим участием возводит эти проекты на другой уровень. Объективно говоря, «Школу жен» он просто спас. Он «вытащил» «Школу жен» именно своим совершенно безупречным мастерством, вкусом, не говоря о том, что он столько всего сам переделал в партитуре… Сейчас он работает с Игорем Кадомцевым, автором «Щелкунчика», в тесном контакте и делает так, чтобы вокальные партии в этой опере были максимально привлекательны для артистов. Мы понимаем, что это трудно. Ведь сама музыка балета не подразумевает что-то еще.

-Кто автор либретто?

-Демьян Кудрявцев, тоже известный человек. Оно хорошо ложится на музыку, более того, оно очень симпатичное, и там замечательные стихи. Это же детская опера, красивая. Но мы ожидаем, что она будет все-таки достаточно серьезная… Опять же, имена Аллы Сигаловой, Павла Каплевича, Николая Симонова способствуют тому, чтобы об этом говорили. Премьера 24 декабря.

-Продолжится ли проект «Звезды оперы в Новой Опере»?

-Скажем так: во втором полугодии этого календарного года мы ограничимся концертом Бориса Стаценко, потому что это тоже звезда мировой оперы. Что касается 2015 года, нужно дождаться всего – как будем жить, развиваться. Мы должны это понимать. Окна в расписании тех или иных артистов у нас есть, мы знаем, с кем надо разговаривать, для того, чтобы сделать тот или иной концерт. Опыт был достаточно успешный.

-Хотела уточнить про «Царскую невесту». Что с постановкой?

-Обстановка следующая: то, что предложил Алексей Вэйро на Художественной коллегии, не всеми было воспринято так, что это следует ставить, но дело в том, что сам орган Художественной коллегии – рекомендательный. Он может рекомендовать дирекции театра что-то делать, а что-то не делать. А дирекция театра вправе прислушаться или нет. В данной ситуации я бы больше ориентировался на мнение музыкального руководителя этого спектакля, Феликса Коробова, и на мнение своего помощника театра по репертуарной политике Михаила Львовича Мугинштейна в том, что постановка имеет право на жизнь. Принимая те опасения, которые могут возникнуть в том, что это не спектакль, где все ходят с приклеенными бородами и прочими разными вещами.

"Царская невеста" Новая Опера

На одном простом примере. Я недавно смотрел любимовского «Князя Игоря» в Большом театре, до этого в главном театре другой столицы смотрел «Бориса Годунова». Мне кажется, лучше бы обращали внимание на то, что в исполнении русских артистов партии в русских операх звучат особенно чудовищно. У них не было ни одной живой ноты, у них артисты не пели, а пытались дикими, как я это называю, «кабацкими» голосами, придать один им понятный русский колорит. И это – тенденция. Почему-то считается, что русскую оперу надо «эмоционально» выдавать. По-моему, Римский-Корсаков писал музыку, в которой, что ни фраза, что ни нота - изумительной красоты вещи. Как раз в этом плане Феликс Павлович – тот самый человек, который сделает это максимально правильно по-музыкантски, по фразам, по каким-то вещам. Он очень бережно к этому относится, а Алексей имеет право на собственное видение этой истории…

Но самое главное – то, чего я не увидел в «Пиковой даме», которая была у нас здесь поставлена, и я не понимал – зачем? Я все время задавал себе вопрос – а зачем это все? И в нашей потенциальной «Царской невесте», которая выйдет в начале марта, в концепции совершенно полностью сохранены взаимоотношения между героями, история абсолютно сохраняется. Не надо ничего передергивать. А споры о том, что человек обязан выходить в той или иной рубахе, или не выходить в той или иной рубахе – пусть каждый воспринимает по-своему. Главное, чтобы была музыка, дух и содержание того, о чем поется. Я все время привожу в пример постановку «Риголетто» Английской Национальной Оперы, 1982 года, спектакль, где все было перенесено в другое время, и Риголетто был не шут, а бармен при бандите по кличке Герцог. Но все остальное! Да, современные костюмы, да, перенесение самой истории. Но взаимоотношения между Риголетто и Герцогом, между Герцогом и Джильдой, между Риголетто и Джильдой были полностью сохранены, и мы верили в эту историю.

А в «Пиковой даме» я не понимаю, почему у меня в конце спектакля выходит наш хор, который делает пародию на Хор Турецкого. Я не понимаю, зачем? Все было бы хорошо, все можно притянуть за уши и все можно объяснить, но когда был купирован хор «Славься, императрица» - это стало показателем полной беспомощности, потому что нечего было больше сказать. Все, порезали, обрезали, а он – не вписывается. Он уже никуда не вошел, и получилась дыра, после которой пошла другая сцена. И в этот момент вся концепция просто рухнула. Я это могу говорить и как директор, и как музыкант. Именно поэтому в театре были сделаны определенные выводы, в том числе и организационные. Но я считаю, что взять и изуродовать оперу, которая для многих, и даже для меня, являлась самой любимой в жизни,  - как говорил Карабас-Барабас, «Не о таком театре я мечтал». Я надеюсь, что в дальнейшем многое будет интересней.

"Свадьба Фигаро" Новая Опера

Опять же, нас ждет нетрадиционное прочтение оперы «Свадьба Фигаро». Но мы очень долго разговаривали и с Алексеем Вэйро, и с постановочной бригадой из Германии. Они готовы объяснить абсолютно все в этой постановке, и считают, то, что они делают, лишь усилит существующие между героями взаимодействия. Это не значит, что каждая «Свадьба Фигаро» должна быть похожа на спектакль с Ширвиндтом и Мироновым. Так что эту постановку мы тоже ждем.

-Формат «опера лаунж» продолжится?

-Да. Но это нельзя делать часто, более того, не следует всегда совмещать с пресс-конференцией, с журналистами, которым больше нужна информация, а не эмоциональность. Безусловно, будет такой специальный вечер и под «Свадьбу Фигаро», обязательно сделаем что-то в начале сезона. Зрители должны знать, что, если они интересуются жизнью театра, у нас секретов от них нет. Более того, все знают, что на том же «Опера лаунж» они смогут услышать то, что никогда не прочитают в газетах в официальной позиции руководства театра. Мы имеем право высказывать свое мнение. Если мы с чем-то не согласны, да, можем спорить. Безусловно, будем стремиться к тому, чтобы так же продолжались встречи с артистами, которые принимают участие в той или иной акции. Более того, мы даже стараемся при составлении с ними договорных обязательств вписать, что они обязаны это сделать, а не так, что «не пойду ни за что».

Новая Опера

Интересного будет очень много, а хорошее не надо уничтожать. Еще надо будет подумать о том, чтобы знакомить публику с новыми артистами. И нельзя недооценивать общение в социальных сетях, потому что оттуда многие вещи узнаются дополнительно. У нас есть сотрудники, которые в этом плане ведут хорошую работу. Все должно работать на благо. Сейчас очень непростой период во многих смыслах. Публика еще не очень готова ни к «Дидо», ни к «Повороту винта», ни к не очень традиционной «Свадьбе Фигаро». Но, с другой стороны, надо же когда-то это делать, в том числе и посредством таких встреч. Все должны понимать, что в театре неизбежно наступает смена поколений. И жить по принципу «мы здесь всегда были» -  не получится ни в коем случае. Даже у самых заслуженных артистов. У каждого в жизни приходит такой момент, что ты должен доказывать, почему ты на этом месте. И очень интересная закономерность: те, кто совершенно спокойно и безболезненно может это доказать, не выходят с лозунгами и не кричат «Доколе?». Певец должен петь, а не говорить. Поэтому, когда он начинает разговаривать, значит, он уже перестал петь…

Беседовала Ирина ШЫМЧАК

Фото автора

и с сайта театра http://www.novayaopera.ru/

 

 

Купить билет

Партнёры Музыкального Клондайка



Афиша + билеты

 
 
« Октябрь »
 
  
ПнВтСрЧтПтСбВс
       1 
 2345678 
 9101112131415 
 16171819202122 
 23242526272829 
 3031      

Подписка RSS    Лента RSS


Все афиши


 

Опрос

 

Какими социальными сетями Вы пользуетесь?







афиша