Новости


Подписаться на новости


Т фестиваль

26.04.2019

Шубертиада Сергея Кузнецова

Пианист Сергей Кузнецов

28 апреля 2019 в Малом зале Консерватории прошел шестой заключительный концерт пианиста Сергея Кузнецова в монографическом цикле «Все фортепианные сонаты Франца Шуберта». В рамках цикла впервые в России были исполнены все сонатные композиции знаменитого австрийского композитора, значительная часть которых до сих пор незаслуженно забыта. Маэстро провел глубокий анализ мирового наследия и всех версий незавершенных сонат, выбрав наиболее аутентичные из них и созвучные эпохе. В результате исполинской работы на наших глазах родилась полная реконструкция всего сонатного творчества Шуберта, научный и просветительский характер которой имеет мировое значение. Мы побеседовали с Сергеем Кузнецовым о его уникальном исследовательском цикле.

- В одном из своих интервью вы говорили, что «были погружены в музыку еще до рождения; может поэтому слышанный мною уже тогда Шуберт стал одним из любимых композиторов». А когда вам в голову пришла мысль о создании проекта «Все фортепианные сонаты Шуберта»?

- Наверное, я осознал масштаб сонатного наследия композитора еще на втором курсе Консерватории: мне было 19 лет, когда я прочел монографию Ю. Хохлова «Фортепианные сонаты Франца Шуберта». Это было что-то вроде справочника, описывавшего все сонаты Шуберта, их тональности, число частей и т.д. Мне стало интересно – так много сонат и так мало кто их играет, но в тот момент даже никакой мысли исполнить их все не промелькнуло.  За все годы своей концертной деятельности я регулярно обращался к творчеству любимого композитора и «в руках» у меня было порядка 6-7 сонат. Где-то в начале 2015 года я думал о новых концертных программах, подбирал для них произведения Шуберта и неожиданно для самого себя осознал, что «можно же сыграть все его сонаты, а не просто некоторые пьесы!» И вот в итоге – три года кропотливой, временами музыковедческой работы и 21 (двадцать одна!!) Соната Ф. Шуберта, включая 11 незавершенных, исполнены в шести концертах в Малом зале Консерватории.Этот проект не смог бы состояться без большого участия агентства «Арт-брэнд» и вашей неустанной помощи, Елена; спасибо!

- Прежде чем говорить о представленном Вами проекте давайте немного разберемся в самой композиции под названием соната – ведь существует так много разновидностей ее построения. Есть ли определенные каноны написания?

- Можно сказать, что соната, по крайней мере, если мы говорим о музыке венского классицизма и около – это инструментальное произведение не больше, чем для двух инструментов, и композиция всегда многочастная. Когда-то в XYII веке сонатой называлось всё, что не пелось, а игралось на инструментах, и строились такие многочастные циклы на двух противоположных принципах – «чистой музыки» с полифонией и фугами и более доступной, использующей танцы. Соответственно, первый вариант играли, скорее, в церкви, нередко во время богослужений, второй – в основном, дома у тех, кто мог нанять себе музыкантов. В XYIII веке обе традиции слились и создали основу для того, что мы знаем как сонату сегодня: цикла из нескольких частей, объединённых единым замыслом и драматургией, и включающим в себя возможности для сколь угодно сложных авторских решений в области формы и других черт. По мере своего развития соната вбирала в себя самые разные достижения художественной мысли, и в итоге можно предположить, что сегодня соната – самый развитый и гибкий музыкальный жанр.

- Всё же если говорить о канонах, соната это 3-х или 4-х частная композиция, которая строится определенным образом?

- Первая часть сонаты обычно представляет собой сонатное Allegro (это отдельная форма, чья область применения шире, чем сонаты в целом), и это обычно самая драматургически развитая часть. Вторая часть обычно относительно медленная, представляет контраст по отношению к насыщенной событиями второй части. Следующей частью может быть менуэт или скерцо. Обычно эта часть даёт отдых от эмоционально нагруженных предыдущих частей за счёт переключения к игре, перевода повествования в другой регистр. Иногда вторая и третья часть меняются местами, впрочем, нечасто. Четвёртая часть (или третья, если соната трёхчастная) – финал, подводящий итог опыту, полученному слушателем. Это уже не игра, но обычно обобщение, выход из переживания личного в переживание общего. Обычно это рондо или вариации, то есть такие формы, которые больше других основаны на эффекте “возвращения домой”, к основной теме.

- Если говорить о композиторах, которые создали наибольшее количество сонат, – кого можно назвать? Скарлатти, Гайдн, Моцарт, Бетховен естественно, кто еще?

- Прежде всего, Карл Филипп Эммануил Бах, написавший около 150 сонат. Клементи, который пережил и Моцарта, и Шуберта, написал не меньше 66. Ян Душек, чешский композитор, примерно современник Бетховена, написал 35 сонат. Если перейти к романтикам, то для них соната часто оставалась одним из самых важных жанров, но масштаб произведений вырос, оттого сонаты уже не могли уложиться в 10 минут, как иногда у Гайдна. У Метнера 15 сонат, у Мясковского и Фейнберга по 12. У Скрябина 11, у Рахманинова и Чайковского по две, у Шумана и Брамса по три, у Листа одна. Да, по количеству это скромно, но надо понимать, что романтики придавали большое значение сонатам, просто они их дольше и труднее писали.

- Ну, и теперь перейдем к основному вопросу – а что же Шуберт внес нового в сонатную композицию?

- Это тема для нескольких исследований, но первое, что приходит на ум: Шуберт писал много песен и это проявилось в том, что и в сонате он мог излагать основную тему как песню – это новинка. Тема в классической сонате обычно представляет собой период из двух половин, где первая половина оканчивается на доминанте, а вторая начинается так же, как первая, но возвращается в исходную тональность. Получается некая уравновешенная арка. У Шуберта же часто тема излагается как небольшая трёхчастная форма, где вторая фраза не повторяет первую, а представляет какую-то новую мысль, после чего есть ещё и третья фраза, которая как-то уравновешивает, завершает изложение.

Еще более характерно то, как Шуберт работает с развитием своей музыки. Если говорить о Бетховене, то он обычно разрабатывает её так: членит темы на мелкие мотивы, затем начинает работать с ними: переставлять местами, сопоставлять их друг с другом, менять порядок, тональности. Иное у Шуберта – в тех случаях, когда он особенно самобытен, развитие строит по принципу вариационности. Тема проводится каким-то большим куском и потом может повторяться несколько раз с изменениями, меньшими или большими. Он не стремится к динамизму развития, не стремится устроить большое количество событий на единицу времени, не сталкивает между собой фрагменты темы, что, возможно, создает временами иллюзию повторов. Ему нет необходимости представить тему так, чтобы никто не мог ее узнать, но он с помощью переизложения и варьирования раскрывает возможности темы, не теряя её идентичности. Это частый приём в песнях, но не в классических сонатах, так здесь до Шуберта не писали.

- При жизни Шуберта не было издано ни одной его сонаты?

- Отнюдь, три сонаты было издано при его жизни.

- Тем не менее, судьба сонат Шуберта достаточно незавидна. Я читала, что С.В. Рахманинов на каком-то этапе своей жизни вообще ничего не знал о сонатах Шуберта. И после смерти Шуберта именно сонаты старались не исполнять знаменитые исполнители. Эта непризнанность современниками действительно имела место? Или это преувеличение?

- Рахманинов действительно в 20-х годах ХХ века говорил, что не знал о существовании сонат Шуберта. По-видимому, в дальнейшем кто-то ему о них рассказал. Можно объяснить подобную ситуацию так: сами по себе характеры Шуберта и Бетховена были совершенно различны. Помимо гениальности Бетховена он был достаточно практичным человеком: половина его писем посвящена вопросам издания его произведений и получения гонорара. Кроме того, он был превосходным виртуозом, играл собственные сочинения, и это очень способствовало их популярности. Все фортепианные, и не только фортепианные сонаты при жизни Бетховена были изданы. Шуберт же пытался работать с издателями, но у него это плохо получалось. Возможно, у Шуберта был иной склад личности, иной характер музыки, да и виртуозом он не был. Как я уже говорил, три сонаты были изданы при жизни, некоторое количество увидело свет в течение 20-30 лет со дня его ухода из жизни. Многие же сонаты издавались в конце XIX и начале XX века, вплоть до 1920-х годов. Это было уже в совсем иную эпоху, когда творили и были на устах у всех (а некоторые даже успели умереть) Вагнер, Лист, Рихард Штраус, Малер, Шёнберг, Стравинский. Неудивительно, что музыка Шуберта в это время казалась решительно устаревшей.

- В этой связи можно ли провести какую-то параллель в судьбе композиций Баха и сонат Шуберта? Бах ведь тоже долго ждал своего «восшествия» на престол.

- Мне кажется, это натяжка. Во времена Баха музыка писалась для исполнения здесь и сейчас. Музыка, написанная 20 лет назад, считалась старой и, можно сказать, забытой. Только через 70-80 лет после смерти Баха появился спрос на музыку, написанную в другие эпохи, следовательно, стало возможным её исполнять.

Да, оба композитора дожидались времени признания своей музыки, но Бахом не интересовались, потому что до 1830-х годов вообще почти не интересовались музыкой других эпох. При этом, надо сказать, композиторы Баха всё-таки знали и почитали. А когда мало кто знал сонаты Шуберта, уже было нормальным интересоваться старинной музыкой, но вот именно для понимания стиля крупных произведений Шуберта публика ещё не созрела, да и композиторы, как видим, едва знали их.

- Все знают знаменитые сонаты Бетховена. Можно ли назвать cонаты Шуберта, которые знают так же хорошо, как бетховенские?

- Начнем с того, что сонаты Шуберта в принципе знают намного хуже, чем сонаты Бетховена. Но если выбирать из его сонат те, знание которых можно предположить у любителей музыки, то прежде всего можно назвать так называемые три большие или три последние сонаты (до минор, ля мажор, си-бемоль мажор), соль мажорную сонату, ля мажорную сонату D. 664 и, пожалуй, всё. Ни одна соната не получила расхожего названия, как это произошло, скажем, с “Лунной” и “Патетической” сонатами.

-  К чему больше тяготеют сонаты Шуберта: к классике или к романтизму?

- Мне кажется, в большей степени Шуберт романтик, чем классик. Он использует язык классицизма, это входит в его “ДНК”, но свой зрелый стиль он нашел, когда начал строить этим языком своё повествование, не похожее на образцы Гайдна и Моцарта, что произошло примерно к 1822 – 1823 гг. Это не значит, что он стал сочинять совершенно по-другому: просто переплавлял мышление классицизма во что-то свое, язык стал индивидуальным. В позднем творчестве Шуберта есть уже детали, которые связывают его с более поздними эпохами: Брукнером, Рихардом Штраусом, Вагнером, Брамсом.

-  Для себя вы мысленно как-нибудь называете сонаты Шуберта? Ведь по тональности сонаты часто совпадают, вот как вы понимаете, какую именно сонату хотите сыграть сейчас?

- Нет, программных условных названий я ни одной сонате не давал. Да, тональности сонаты часто совпадают. Я же их не представляю себе вербально, они для меня – целостные образы, как какие-то предметы, одновременно находящиеся передо мною и различающиеся характером, окраской. Когда я в уме перебираю сонаты, я точно знаю какую хочу услышать, не давая им никаких названий. Я никак не вербализую свое общение с ними.

- Почему у Шуберта так много незавершенных сонат – это внешние факторы или специфика его характера?

- Думаю, это отчасти внешние факторы, но в основном – метод его работы. Анализ почерка, чернил и бумаги, с которыми работал Шуберт, показывает, что он одновременно мог работать над несколькими вещами одновременно. Он мог забыть о недописанной сонате и увлечься новым замыслом. Шуберт много заставлял себя работать и работал очень упорно, когда надо было подготовить произведение к исполнению или изданию. Но его музыкальный темперамент, композиторский дар были столь велики, что одновременно разные произведения просились на свет. У Шуберта чаще всего были заказы на небольшие композиции, его более масштабные сочинения не были востребованы издателями, поэтому он много писал «в стол» и записывал то, что считал необходимым для фиксации замысла и позднейшего завершения при необходимости. Например, в си мажорной сонате три из четырёх частей не были поначалу дописаны, а спустя год автор вернулся к сонате и завершил её. К сожалению, так произошло далеко не со всеми недописанными произведениями.

- Насколько сложной была работа по воссозданию незавершенных сонат? Не было ли за эти три года мысли, что затея проекта слишком обременительна?

- Во-первых, я не занимался единоличной реконструкцией всех сонат. По крайней мере, мне известны два издания всех сонат, где недописанные сонаты были завершены редакторами: Пауль Бадура-Скода в издании Henle и Мартино Тиримо в издании Universal Edition. Многие музыканты создавали свои завершения отдельных сонат Шуберта. Например, для самой известной неоконченной сонаты до мажор, «Реликвии», существует не меньше двадцати разных завершений. По большей части это корректные доработки. Я не чувствовал в них “отсебятины”, которая противоречила бы моему понимаю стиля автора. Я просто выбирал, какое из завершений больше соответствует моим желаниям, и делал какие-то небольшие доработки, например в фа-минорной сонате, где не завершена первая часть. Там я играл собственное завершение, которое мне показалось интереснее.

- Существует мнение, что слушать сонаты Шуберта непросто. Что потеряют любители музыки, обошедшие вниманием ваш сонатный цикл и довольствующиеся знанием Форели, Арпеджионе и песен?

- Любая музыка, которую узнаешь, обогащает внутренний мир. Не могу точно сказать, какая именно деталь картины мира ускользнет от тех слушателей, которые не слушают сонат Шуберта. Попробую объяснить это на примере голограммы. Когда физический носитель очень мал, то можно записать целое изображение предмета, но оно будет нерезким и без деталей. Чем больше носитель, тем больше количество деталей, но не размер самого изображения. Так и здесь: в общем и целом мир Шуберта в песнях и небольших пьесах тот же, что в сонатах. С добавлением знания его сонат мы не обязательно открываем какой-то новый, но лучше, в бОльших красках и деталях понимаем этот же мир. Есть, впрочем, что-то в сонатах, чего, наверное, совсем нет в песнях. Создание и поддержание каких-то психических, медитативных или духовных состояний достигается в сонатах и симфониях более полно, чем в небольших композициях.

- Почему возрождение сонат Шуберта началось в ХХ веке, что людям стало в них интересно?

- К ХХ веку люди получили опыт слушания очень длинных композиций. Большие пьесы стали восприниматься не как недоразумение, когда композитор не умеет вовремя завершить свое творение, а как законный выбор автора. Кроме того, сыграло свою роль появление и совершенствование технологии звукозаписи. Если с первого раза было трудно понять произведение, то теперь его можно послушать еще несколько раз и понять.

- Кто первым из исполнителей открыл значительную часть сонат Шуберта?

- По-видимому, Чарльз Халле, ученик Листа, он играл в 1860-х годах все известные тогда одиннадцать сонат Шуберта. Затем надо назвать имя Шнабеля – он играл много сонат в первой половине ХХ века и первым начал их записывать. Из других значительных исполнителей надо назвать Юдину, Рихтера, Горовица (играл всего две сонаты, но очень способствовал их известности), Вильгельма Кемпффа, Гилельса. В наши дни много Шуберта играют Алексей Борисович Любимов, Григорий Липманович Соколов.

- На всех концертах, которые прошли в Малом зале, велась запись – это инициатива Консерватории? Сколько дисков весь проект может занять?

- Я предложил консерватории сделать запись цикла, и они сочли это неплохой идеей. По продолжительности исполнения точного времени не знаю, надо подсчитать длительность звучания. Бадура-Скода издавал записи всех сонат Шуберта дважды: на современных и позже на исторических роялях, это заняло девять компакт-дисков.

- Чем важна программа последнего, шестого концерта вашего цикла?

- В неё вошли две из трёх последних сонат Шуберта, оконченные им за два месяца до смерти. Кажется, что эти сонаты очень разные: до минорная более драматическая, активная, страшная, си-бемоль мажорная – более созерцательная, надмирная. На самом же деле эти две сонаты – близнецы, причём едва ли не сиамские: у них очень много общих мотивов, общих приёмов в фактуре, в тональностях, поэтому, можно сказать, это практически одно произведение, и если так их рассматривать, это произведение получается более объёмным, более глубоким и интересным, чем две отдельные сонаты, и объемлющим с противоположных сторон вселенную Шуберта.

***

Сонатная Вселенная Франца Шуберта полностью предстала перед нами. Было много отзывов на пять прошедших концертов и я не припомню ни одного отрицательного. Пианизм маэстро Сергея Кузнецова отличается исключительным благородством звука,  красивейшей фразировкой и необыкновенной продуманностью каждой детали, абсолютно лишен внешней пафосности.

У меня из голове неотступно крутится вопрос: в концертных залах часто звучат монографические программы разных авторов, а возьмется ли кто-то в ближайшее время исполнить этот гигантский цикл «Всех фортепианных сонат Шуберта» еще раз, ведь основные сложности Сергей Кузнецов уже разрешил: интереснейшая современная версия всех композиций собрана воедино.

 

Беседу вела Елена БИЛИБИНА.

Благодарим Юрия Цыбанева за помощь в подборке вопросов.

Фотографии Эмиля Матвеева, предоставлено Продюсерским центром «Арт-Брэнд»

26.04.2019



← интервью

скидка на новогоднюю ёлку

Выбери фестиваль на art-center.ru

 

Афиша + билеты

Афиша + билеты

 
 
« Ноябрь »
 
  
ПнВтСрЧтПтСбВс
     123 
 45678910 
 11121314151617 
 18192021222324 
 252627282930  

Подписка RSS    Лента RSS


Все афиши






афиша

 

 
Рассылка новостей