Новости


Подписаться на новости


10.12.2019

Александр Журбин - Нью-Йоркские впечатления, осень 2019

Александр Журбин

Композитор Александр Борисович Журбин продолжает щедро делиться с «Музыкальным Клондайком» своими впечатлениями от увиденного и услышанного им в путешествиях по всему миру. Сегодня на повестке дня – Нью-Йорк. «Нью-йоркская осень в этом году, как всегда, была щедра на премьеры, удивительные спектакли и интересные концерты, выставки и уличные развлечения, - говорит Александр Журбин.- Опишу кое-что из того, что удалось увидеть».

***

Начну с главного события - премьеры оперы «Эхнатон» в Метрополитен опера. (Пишу так, как это принято в России, по-английски это пишется «Akhnaten», и произносят они с ударением на второй слог, АхнАтен, но я решил придерживаться привычного нам произношенья: ЭхнатОн. Все равно, никто на свете не знает, как это произносили древние египтяне).

«Эхнатон». Сцена из спектакля. Фото Karen Almond/Met Opera

Итак, опера Филиппа Гласса на его же либретто, которое он написал в соавторстве с еще 4 людьми - Shalom Goldman, Robert Israel, Richard Riddell  и Jerome Robbins.. Мне из этих людей известен только Джером Роббинс, который, скорее всего, помогал по части мизансцен и хореографии. А остальные трое помогали на иностранных языках. Судите сами, одному человеку такое не осилить. В этой опере есть фрагменты по-английски, по–древне-египетски, по–аккадски, на иврите, и еще на нескольких мертвых языках. Естественно никто этого не понимает.И перевод, то есть субтитры в большинстве случаев отсутствуют.

И это правильное решение. Понимать здесь особенно и не надо. Это тот случай, когда то, что они поют, можно сказать, значение не имеет. Да, это какие-то сакральные тексты из каких-то древних египетских книг. О чем они – а бог его знает, их значение сознательно затуманено, язык жрецов не должен быть понят простыми смертными.

Сюжет этой оперы прост и понятен, его можно рассказать в нескольких фразах, a визуально спектакль настолько мощный  и ясный, что все вопросы отпадают.

Я все же перескажу бегло историю, лежащую в основе оперы.

Итак, умирает фараон Аменxотеп III (1370 год до Рождества Христова.) На его место заступает юноша, его сын, Аменхотеп IV. После коронации, наследник сразу объявляет, что ему не нравится религия его предков, и он хочет заменить ее на монотеистическую религию, и сделать одного единственного Бога – Бога Солнца. Тут же он начинает строить Город Солнца  Ахетатен. Далее Эхнатон поет любовный дуэт со своей женой, королевой Нефертити. Далее следует гимн (Ария Эхнатона) вновь созданному государству. Все хорошо. Но королева-мать чувствует, что что-то не в порядке. За стенами города народ волнуется, ему не нравятся новые порядки. Толпа сначала захватывает дочерей Эхнатона ( их шесть!), а затем  убивают и  самого фараона. На его место заступает его сын, впоследствии знаменитый Тутанхамон. Старые порядки восстановлены.

В конце оперы мы видим современных профессоров, которые анализируют мумии фараонов. Они делают какие-то свои научные выводы об их смерти.

Но они ошибаются. Потому что и Эхнатон и Нефертити живы. И они среди нас.  Мы видим призраки главных героев на сцене.

«Эхнатон». В главной партии – Энтони Рой Костанцо. Фото Karen Almond/Met Opera

Вот такой, не очень-то замысловатый сюжет. Как говорят специалисты, довольно далекий от исторической истины. Но какая разница! Ведь опера - не об этом. Это не исторический трактат или исследование. Опера должна создать художественный образ – при помощи музыки, сценографии, пения и т.д. И тут надо перейти к Филиппу Глассу, крупнейшему американскому композитору, который стоит за всем этим. Сразу скажу, что эта опера – не первая опера композитора в МЕТ, а четвертая. Первой была знаменитая опера «Эйнштейн на пляже»,  увидевшая свет в 1976 году; однако это была не продукция Метрополитен-оперы, а просто аренда помещения. Ставил эту оперу тогда молодой, а ныне великий режиссер Роберт Уилсон, и скандал тогда был знатный. Опера самими авторами названа opera abstract, и там практически не было ни Эйнштейна, ни пляжа. 4,5 часа были наполнены минималистской музыкой Гласса, и прекрасным визуальным оформлением Роберта Уилсона, без особого смысла и сюжета. Далее в МЕТ была постaвлена опера Гласса «Путешествие» («Voyage»), и затем опера «Satyаgraha». Сам Гласс утверждает, что три оперы – «Эйнштейн», «Сатьяграха» и «Эхнатон» образуют трилогию, хотя я не усматриваю никакой связи между ними. С таким же успехом можно объединить еще 10 его опер и назвать это «декалогией»: все они похожи, и по музыке, и по структуре.

Мне довелось побеседовать с Филипом Глассом на генеральной репетиции оперы (мы с ним уже давно знакомы). Он милейший человек, очень открытый, искренний, энергичный. Ему 82 года, но это совсем не чувствуется. Он многое мне рассказал, и про то, как он писал «Эхнатона», и как он вообще работает. Технически – он пишет от руки. Юридически – все права на его музыку принадлежат лично ему, никаким авторским обществам он не доверяет. И наконец, о написании его исторических опер, упомянутых выше – он сказал, что его совсем не интересует историческая достоверность. В частности, когда он начал писать оперу «Эхнатон» и узнал, что об этом фараоне по имени Эхнатон мало что известно достоверно – он только обрадовался. Значит можно все придумать, создать с нуля этот мифический, фантастический древний Египет. И надо сказать – это удалось! Спектакль невероятно красив и производит фантастическое впечатление. Огромного размера декорации, удивительные сказочные костюмы… Особо выделяется большая группа высококлассных жонглеров, которые с невероятной скоростью жонглируют 5, 6 а то и 7 мячами. Все это создает на сцене немыслимую турбулентность, добавленную особой игрой света и  каких-то там лазерных лучей.

Режиссер  Фелим МакДермот ставит оперу Гласса в Мет не в первый раз, он же ставил  здесь «Сатьяграху». Здесь, в «Эхнатоне», он развернулся во всю мощь своего таланта, благо, и сюжет, и бюджет ему это позволяли. Прекрасный состав певцов, среди которых блистает Энтони Рот Костанцо, один из лучших в мире контр-теноров. Хороша и Нефертити  - Джиней Бриджес, темнокожая дебютантка.

В общем опера имела сенсационный успех. Все 4000 человек (зал был переполнен) устроили длительную стоячую овацию.

Браво, Метопера!

***

Мы получили большое удовольствие от оперы Пуччини «Турандот». Во-первых, это гениальное сочинение великого композитора, его лебединая песнь. Сколько здесь невероятного мастерства, неслыханных мелодий, сколько нового и интересного сумел найти в себе 65-летний маэстро..

«Турандот». Сцена из спектакля. В центре  - Кристина Гёрке (Турандот). Фото Marty Sohl/Met Opera

Во вторых, постановка Франко Дзефирелли, которая существует с 1987 года, то есть 32 года, но ничуть не устарела..., и более - после того, как через эту постановку прошли великие певцы: Паваротти, Доминго, Гулегинa, Стратас и многие другие, эта постановка, костюмы и декорации сами по себе являются  музейной ценностью, и руководство Метоперы делает очень правильно, что хранит ее в первозданной свежести... особенно сейчас, когда пришёл потрясающий новый  главный дирижер Яннек Незе-Сегу, который, безусловно, вдыхает в эту постановку новую жизнь.
Не буду сейчас вдаваться в подробности вокального мастерства, хотя тут есть некоторые проблемы... отмечу только, что Юсиф Эйвазов показал себя очень хорошо в роли Калафа, и что называется «сорвал аплодисменты».
Насколько я знаю, эта сложнейшая партия недавно у него в репертуаре, но все уже впето и сыграно очень точно и бережно. Да, конечно, голос певца не такой мощный и «летящий», как это было у Паваротти или Франко Корелли, но заполнить этот огромный зал трудно даже великим – все-таки  почти 4000 мест, самый большой в мире оперный театр (хотя говорят, китайцы уже этот размер превзошли). Но я думаю, у Юсифа все ещё впереди.. он работает, учит новые партии, и поёт во всех крупных театрах Мира, и с женой и без жены. Да и какие его годы? 42 года для тенора только начало...
Ну, а театр был полон под завязку (хотя это была среда).

***

Немного порассуждаю о премьере спектакля «Порги и Бесс» .
Начну издалека. Уже в середине 20х годов когда молодой Гершвин стал суперзвездой американской музыки, и его сочинения зазвучали по всему миру, к нему обратился известный богач и меценат Отто Кан с просьбой написать американскую оперу… (Напомним, что Гершвину было тогда всего 25 лет, но его имя уже гремело повсюду).
Они с Каном остановились на двух сюжетах: пьесе «Дибук», близкой Гершвину этнически, и пьесе «Порги», близкой Гершвину музыкально. В конце концов Гершвин выбрал «Порги», и Метрополитен Опера заключила с ним контракт на 2 года. Однако, когда композитор показал некие фрагменты своей музыки к опере «Порги», контракт был расторгнут. Тогдашнее руководство Метоперы решило, что в Опере подобная музыка неуместна, и это играть нельзя.
Но Гершвин не сдался: он заключил контракт с «Театральной Гильдией», опера «Порги» была написана, и поставлена сначала в Бостоне (традиционный бродвейский try–out, то есть «проба вне Нью-Йорка»), а потом и на Бродвее, в театре «Альвин».  Там это сочинение игралось подряд 124 раза ( не очень много!) и получило посредственную критику… Кстати, поначалу, это называлось просто «Порги», а Бесс была второстепенным характером. Но известный женолюб, красавец и светский лев Джордж Гершвин влюбился в юную, 20-летнюю студентку Энн Браун, которая пела партию Бесс, увеличил ее партию, и благодаря этому опера стала называться «Порги и Бесс». (Кстати, и сейчас видно что Бесс - второстепенный персонаж, хотя бы по количеству и качеству ее музыки).

«Порги и Бесс». Анжел Блю (Бесс), Эрик Оуэнс (Порги). Фото Ken Howard/Met Opera

Итак, Мет отверг эту оперу, и она долго была Бродвейским спектаклем. Однако в 1985 году Джимми Ливайн исполнил свою давнишнюю мечту, и опера была поставлена в Метрополитен опера. Особой сенсацией это не стало, опера прошла всего несколько раз и только один сезон.

Нынешняя постановка 2019 года - совсем новая. И она-таки стала сенсацией. Народ хлынул, билетов не достать, люди приезжают со всех концов света – «Порги и Бесс» в Мет! Победа американской оперы!
На самом деле, эта опера (light opera, мюзикл, фолк-опера - есть много вариантов) является гордостью американцев! Вот мол, глядите – наш парень написал не хуже этих итальяшек, или немцев или русских… Американцы очень любят свое, и гордятся этим своим. (И, очень часто, правильно делают).
Многие критики, в том числе строгий Антонио Томмазини в «Нью-Йорк Таймс» написали восторженные рецензии.
Но не все. Были и отрицательные отзывы. И причина здесь не столько в постановке, в режиссуре, в дизайне, и в игре и пении актеров - это все достойно всяческих похвал.
Причина здесь – в самом произведении Джорджа Гершвина. Его некоей амбивалентности и дуализме. Эта опера – как нимфа Нереида: она живет и в воде, и на земле, но и там, и там чувствует себя неважно.
Опера – это опера, а Бродвей – это Бродвей.
Я, кстати, вспоминаю спектакль, мы видели его примерно в 2011 году, шедший на Бродвее под названием «The Gershwin’s Porgy and Bess” и поставленный Дайаной Полус.
Это было грандиозное бродвейское шоу, яркое зажигательное, трогательное! Из него так и била энергия, ритм, драйв!
Увы, ничего этого нет в постановке МЕТ. Да, все стараются, но ни эта оркестровка, ни эта акустика не дают почувствовать «завод», этой джазовой прелести.
Да, конечно, поют все прекрасно, но без усиления, без всяких примочек, и они со всей силы стараются заполнить огромный зал. Но это очень трудно, даже очень хорошему вокалисту, такому, как исполнитель роли Порги, Эрик Оуэнс, или певица Анжел Блю, которая поет Бесс.
И еще: в этой опере есть как бы два Гершвина, или, если хотите, две оперы «Порги и Бесс»
Один Гершвин - мастер шлягера, создатель хитов. И 5 безукоризненных хитов в этой опере работают безотказно. Как только они наступают, лица у аудитории светлеют, все начинают покачиваться, раскачиваться, и чуть ли не прихлопывать.
А есть и другой Гершвин, который очень старается написать серьезную оперу. И тут видно, что он пытается подражать всем, от Равеля до Альбана Берга (с которыми он, кстати, лично специально познакомился, даже ездил для этого в Европу), но это не очень получается: композиторской школы у него нет, и очень многие эпизоды этой оперы скучные и бесцветные. И публика начинает скучать.
Да и либретто достаточно нескладное, и многие пафосные места отдают банальностями коммунистического образца: «Вот наш Порги побьет бандита» «Вот наш Порги побеждает», и особенно самый финал: «Наш темнокожий инвалид Порги идет на Нью-Йорк бороться со злом»… и все вокруг вслед за ним кричат: "Да! Вперед! На Нью-Йорк!»

Общий вывод такой: Метопера и ее директор Питер Гелб совершили очередной подвиг, и безусловно выиграли: есть аншлаги, ажиотаж и восторг толпы!
Но сделать эту оперу шедевром невозможно. Потому что она - не шедевр. «Черного кобеля не отмоешь добела" - гласит поговорка.
Американцам просто очень хочется иметь свой американский шедевр. У них пока нет ни своего Верди, ни Пуччини, ни Чайковского.
Может быть, кто-то из нынешних композиторов сможет это сделать.
Может, это сделал Филипп Гласс?

***

Про спектакль "Мадам Баттерфляй" скажу немного. Это уже довольно старый спектакль (постановка 2006 года), но возобновляется каждый сезон. Публика во всем мире эту оперу обожает. И этот спектакль в Мет тоже.

«Мадам Баттерфляй». Хой Хе – Чио-Чио сан. Фото Ken Howard/Met Opera

Ничего удивительного: спектакль высокого класса, с одной стороны, поставлен очень традиционно, а с другой - супер современно. На сцене нет практически никаких декораций, только некие движущиеся ширмочки, зато масса необыкновенных световых эффектов, с неба валятся разнообразные предметы: звезды, снег, блестки, гирлянды цветов, все это адски красиво...
Режиссер Энтони Мингелла поставил этот спектакль прямо перед своей внезапной смертью, (мы все помним его замечательный фильм "Английский Пациент", за который он получил «Оскара»).
Солисты меняются каждый сезон. В этот раз партию Чио-Чио-сан исполняла китаянка  Хой Хе, кстати, очень хорошая певица, она поет эту партию по всему миру. В общем, все как надо, зал переполнен, в конце многие плачут, Пуччини свое дело знает.

***

Опера Верди « Макбет» доставила нам  с Ириной колоссальное удовольствие. Это был праздник души и именины сердца!
Во-первых –  волшебник Джузеппе Верди. Удивительная вещь, ведь в этот момент он еще совсем молодой человек, 34 года, еще не написаны «Травиата,» «Риголетто» и «Трубадур», мировая слава еще впереди. А сколько в этой музыке уже слышно львиной походки мастера, сколько великолепных находок, и в хоре и в оркестре, и у солистов. Да, конечно, в этой опере нет явных хитов, таких мелодий, чтобы все напевали. Потом Верди старался такие мелодии вставить в каждую оперу. (Правда, это не всегда получается и часто не зависит от композитора).
Но в «Макбете» создан свой интонационный мир, он в меру шотландский, и, конечно, очень итальянский.
Превосходный дирижер Марко Армильято ( мы слышали его в Мет много раз) уверенно вел за собой всю огромную массу оркестра, хора и солистов. Иногда все шли за ним, а иногда он очень изящно помогал солистам, тактично поддерживал их ферматы и ритенуто.
Из солистов отмечу только двоих. Во первых, это Ильдар Абдразаков, наш могучий бас-баритон, которому подвластны любые партии, от Бориса Годунова до Дон Жуана. Здесь он пел партию Банко, и был великолепен не только вокально, но и как артист, особенно когда он появлялся в качестве Призрака. Уверен, что Ильдар входит сегодня в когорту самых элитных оперных певцов мира. Ну и, конечно, Анна Нетребко. Не знаю, что там говорят специалисты, что, мол, у нее то низ не дотягивает, то верх перетягивает, что она слишком много поет, и слишком увлеклась концертами.
Не верьте никому! Все, кто так говорят – или завистники, или моськи, которые лают на слона.
Она в прекрасной форме! И все, что она делает, получается блестяще!  Да, она живой человек, и у нее могут быть срывы, и плохое настроение, да мало ли что?

И да, ее увлечение эстрадными концертами совсем не красит певицу такого уровня. Трудно представить себе Марию Каллас или Ренату Тебальди, поющую на каких-то юбилеях по провинциальным стадионам…

«Макбет». Леди Макбет – Анна Нетребко. Фото Marty Sohl/Met Opera

Но надо судить по высшим точкам, а не искать изьяны. И все-таки надо признать, наконец, что на сегодняшний день она единственная в мире primadonna assoluta, она единственная, кто может собрать переполненный зал в любой точке земного шара, и спеть все что угодно - песню, романс, оперную арию или оперную партию, да так, что все ахнут.
Леди Макбет - очень сложная оперная партия. Играть убийцу, мстительную, порой омерзительную и властолюбивую женщину - трудно. Вокальный диапазон в этой партии огромен, диапазон эмоциональный – еще больше.
Но с первого её появления на сцене вы следите за ней, и нельзя оторвать глаз. А в ваши уши льются божественные звуки.
Как говорится, Виват Анна и многая лета!

***

Ну вот такой мой маленький отчет о Нью-Йоркских Каникулах. Скоро напишу о мюзиклах и о концертах…

Продолжение следует.

Фото предоставлены автору пресс-службой театра «Метрополитен-Опера»

10.12.2019



← интервью

Выбери фестиваль на art-center.ru

 

Нажимая "Подписаться", я соглашаюсь с Политикой конфиденциальности

Афиша + билеты

Афиша + билеты

 
 
« Март »
 
  
ПнВтСрЧтПтСбВс
       1 
 2345678 
 9101112131415 
 16171819202122 
 23242526272829 
 3031      

Подписка RSS    Лента RSS


Все афиши






афиша

 

 
Рассылка новостей