Говорят, дирижёр – это командир. Общаясь с Андреем Балиным, подспудно отмечаешь для себя лидерские качества маэстро: собранность, пунктуальность, выправку. Неудивительно. Большая часть его жизни прошла на военной службе.

– Андрей, ваш новый музыкально-просветительский проект «Служу Отечеству» объединяет музыку, связанную не просто с военной темой, но с темой войны за Отечество. Когда начинаешь размышлять об этом, понимаешь, насколько тесно всё переплетено в истории. В год 80-летия Великой Победы эта музыка приобретает особое звучание, особую торжественность. Наверное, это тоже своего рода памятник? Музыкальный памятник доблестному русскому воинству?

– «Памятник» — прекрасное определение. Каменный монумент статичен, а музыкальный памятник при каждом исполнении воссоздаётся заново. Музыка, которую мы играем, как вечный огонь, который передают из рук в руки.

Перед нами стояла интересная и сложная задача — охватить в одной программе три эпохи. Это Отечественная война 1812-го года, Великая Отечественная война и Специальная военная операция. Мы пытаемся рассказать через музыку о славных победах русской армии, о стойкости наших людей, долге, мужестве, любви. Мы не касаемся хронологии событий, она всем известна. Куда важнее выстроить живую эмоциональную связь между поколениями. То есть, мы не просто исполняем музыку. Мы оживляем историю. А для этого нужно одинаково убедительно передать бравурный дух гусарской песни, масштаб оркестровых полотен, глубокую правду песен о войне. К примеру, исполняя сложнейшую по драматургии Фантазию на темы Юрия Левитина из музыки к кинофильму «Освобождение», я пытаюсь добиться особой пронзительности звучания, дать слушателям возможность физически прочувствовать накал борьбы.

– Концерты проекта «Служу Отечеству» проходят в военных частях, госпиталях, военных учебных заведениях Москвы и Московской области. Скажите, а вам – офицеру – проще выступать перед коллегами-военными? Чувствуете поддержку, понимание?

– Безусловно, особенно если передо мной профессиональные музыканты. Что касается военной аудитории, это очень благодарный, пытливый и восприимчивый слушатель. Его не обманешь!

– Военная музыка и музыка о войне… Как обозначить границу?

– Очень тонкий момент. Военная музыка — прикладная. К примеру, на параде Победы, когда министр обороны объезжает войска, обязательно звучит Марш Преображенского полка, написанный ещё во времена Петра Великого. Можно вспомнить и замечательные марши Семёна Александровича Чернецкого, руководившего первыми советскими военными оркестрами: «Герои Сталинграда», «Героям-краснофлотцам», «Вхождение Красной армии в Будапешт», «Марш танкистов», «Марш гвардейцев-миномётчиков». К военной музыке относятся и воинские сигналы. Сейчас их используют, конечно, меньше, чем раньше. Технический прогресс дал нам средства связи, о которых невозможно было и помыслить в Отечественную войну 1812-го года.

У музыки о войне другие задачи. Она заставляет переживать, скорбеть, восхищаться. Хотя есть произведения, стирающие грань между военной музыкой и музыкой о войне. Например, «Священная война» Александрова, подхваченная и армией, и народом.

– И еще вопрос — военная музыка бывает, что называется, «для души»?

– Когда строй марширует под песню по плацу, сердце солдата бьется с бешеной скоростью. В этом случае в приоритете, конечно, строевая подготовка. Именно её проверяет командир. Но я уверен, что военная музыка должна исполняться с душой. Это же музыка!

– В тяжелые времена человеку как никогда нужна поддержка, сочувствие, утешение. Вы ставите перед собой такую задачу?

– Скорее, это нравственная обязанность. Любая музыка должна дарить утешение. Но какого рода? Ведь нужно не просто утешить сладкими звуками, но разделить чужую боль. Музыка может смягчить сердце, подарить надежду, поддержать душевные и физические силы... Мы, музыканты, реализуем эти возможности. Наша профессия поставила перед нами такую задачу.

– Если бы мне предложили выбрать любимую песню о войне, не задумываясь, назвала бы «Балладу о матери» Евгения Мартынова. В чём секрет? Почему всегда слёзы градом, даже если пытаешься сдержать эмоции?

– Я думаю, это слёзы очищения. Будто прикасаешься к святыне. Всё произведение выстроено таким образом, что не даёт зрителю ни на полсекунды отвлечься. Музыкальная линия идеально совпадает с текстом. Проникновенная мелодика, темпо-ритм приводят нас к апогею надежды, вершине материнской любви, разрывая наши сердца в финале. И мы тоже верим… Кстати, хотя для нас эта песня ассоциируется с женским голосом, вспомним, как убедительно, с каким надрывом пел её сам автор!

– Вы ведь тоже композитор. В вашем авторском багаже есть музыка военной тематики?

– Пока только военные марши. Маршевая музыка обладает невероятной харизмой! Во-первых, это всегда энергичный темп. Марш требует собранности, будоражит ум и сердце. Мы следуем коллективной воле военного оркестра. Словно становимся собраннее, выше. Плечи расправляются, в глазах загорается огонь.

Конечно, есть строгие композиционные правила, но разнообразие приёмов, которыми можно придать произведению особый, присущий только ему колорит, поражает. Один и тот же ритм может символизировать как триумф победы, так и ужас смерти. Военный марш – пульс истории.

– Писать на тему войны – право, которое, как мне кажется, нужно заслужить. Согласны?

– Скажу так: писать о войне – огромная ответственность. Это касается не только музыки. Писать о войне можно как свидетель и очевидец, а можно как слушатель, которому об этом рассказал очевидец. Можно как наследник или хранитель, а можно просто из уважения, отдавая дань памяти. Уверен, многое зависит от автора, его таланта, глубины, профессионализма. Но у нас есть право на то, чтобы пытаться осмыслить войну средствами искусства, и в определённый момент это право становится долгом.

– Для вас музыкально-просветительский и историко-патриотический — всегда синонимы?

– Это прекрасный и очень глубокий вопрос. Музыкально-просветительская составляющая – это про качество музыкального материала и его обоснованность. Здесь целью является воспитание вдумчивого слушателя. Историко-патриотическая составляющая – это про любовь. Патриотизм это и есть любовь к своему Отечеству, к тому, что важно и дорого. Обращаясь к определённым пластам культуры, ключевым событиям того или иного исторического периода, мы показываем, как отражается в музыке дух времени. Мы формируем чувство сопричастности, гордости. Мы обращаемся к сердцу зрителя, и, я бы сказал, к коллективной идентичности, к тому, что важно не только для отдельного человека, но для того, кто находится рядом — в соседнем кресле, в соседнем доме, в соседнем дворе и так далее.

Историко-патриотическая программа, лишённая просветительской направленности, рискует скатиться к формальности и поверхностной агитации. В синтезе этих двух составляющих кроется успех. Музыка превращается в голос эпохи, наполненный высоким смыслом, а патриотизм становится переживанием. И наша задача состоит в том, чтоб поднять публику до уровня этого переживания. Так что музыкально-просветительский и историко-патриотический — это, скорее, две цели, которые нам необходимо объединить в один мощный аккорд.

– Программа «Служу Отечеству» включает очень разную музыку. Вы вообще любите концертную полижанровость? Что это — всеядность или креативность?

– Скорее, осознанная творческая позиция. Всеядность предполагает пассивное потребление. Полижанровость же требует безупречной техники и гибкости музыкального мышления. Чтобы совершить переход от симфонизма Чайковского к лаконичному языку эстрадной песни, нужна стилистическая компетентность и исполнительская смелость. Это высший пилотаж в нашей профессии.

– Новый уровень универсализма в исполнительстве? Как вы его добились?

– У вас на книжной полке, уверен, много любимых книг, и все они очень разные, и вы не можете с ними расстаться, потому что это часть вашей жизни – и духовной, и профессиональной. Так и у меня с музыкой.

Я принадлежу к дирижёрской династии. Мы сегодня упоминали имя Семёна Александровича Чернецкого, основоположника советского военного марша. Мой дед, Ефим Сергеевич Балин – его ученик, один из первых выпускников техникума военных капельмейстеров при академии им. Фрунзе. Он был трубачом военного оркестра Конной Червонной казачьей дивизии генерала Примакова, встретил войну капельмейстером 21-го танкового полка 11-й танковой дивизии на Западном фронте. Он служил военным дирижёром оркестра штаба Сталинградского фронта, начальником оркестра Астраханского лётного училища, преподавал в школе музыкантских воспитанников, в мирное время руководил Черниговским городским духовым оркестром. Был награждён орденами Ленина, Красного знамени, дважды орденом Красной Звезды, Отечественной Войны II-ой степени.

Мои летние каникулы проходили под его чутким надзором. Как же мне хотелось побегать во дворе! Но надо было заниматься, бесконечно «дудеть» в трубу. Однажды, когда мне было лет тринадцать, дед пригласил своих друзей-ветеранов. И я сдавал перед ними домашний технический зачёт. На вопрос о том, что же мне сыграть, Ефим Сергеевич отвечал: «Играйте, что хотите, а что не хотите, то не играйте». Вот по этому принципу, я, пожалуй, и действую всю свою жизнь.

Другой дед — Павел Яковлевич Лисс – более четверти века прослужил концертмейстером оркестра штаба Туркестанского военного округа. Мой отец Полислав Ефимович тоже стал военным дирижёром и до ухода на пенсию возглавлял военный оркестр дивизии МВД в Туле. Ныне Заслуженный артист России, он руководит Губернаторским духовым оркестром Тульской областной филармонии.

Свой творческий путь я начал в Тульском музыкальном училище, где учился по классу трубы. Затем поступил на Военно-дирижёрский факультет при Московской консерватории. В выборе профессии значительное влияние оказал на меня известный музыкант, блестящий военный дирижёр Олег Викторович Лебединский. Вообще, признаюсь, что мне невероятно повезло с наставниками. С благодарностью вспоминаю Бориса Александровича Диева, Геннадия Яновича Корнилова.

Сразу по окончании консерватории началась моя служба. Руководил военными оркестрами, защитил диссертацию на тему «Традиции оркестра духовых инструментов в эволюции джаз-бэнда», преподавал. Завершил службу в вооружённых силах в должности начальника кафедры военно-оркестровой службы военного института (военных дирижёров) Военного университета в звании полковника.

– За последнее время в России резко выросла востребованность военных музыкантов. Молодёжь охотно идет в профессию?

– Военный музыкант – это государственный человек с музыкальным инструментом. Сегодня к этой профессии предъявляются повышенные требования. Просто так в военный оркестр не попадёшь, необходимо получить соответствующее образование, пройти прослушивание и строгий отбор. Успешный военный музыкант должен быть универсалом, уметь виртуозно играть и в симфоническом оркестре, и в духовом, и на плацу, и на параде, и в полевых условиях.

Ко мне часто обращаются за консультацией молодые музыканты, ищущие свой профессиональный путь, но, повторюсь, всё должно происходить по любви. Нужно осознавать, что придётся идти туда, куда направит Родина. А Родина у нас необъятная. Залог успеха военного музыканта – ответственность, дисциплина, высокая работоспособность, профессиональное мастерство, терпение, способность преодолевать трудности армейской жизни и, безусловно, искренняя любовь к музыке.

Музыкально-просветительский проект «Служу Отечеству» реализован в рамках гранта Президента Российской Федерации для поддержки творческих проектов общенационального значения в области культуры и искусства.

Беседовала Татьяна ЦВЕТКОВСКАЯ
Фотографии из личного архива А.П. Балина
1: Андрей Балин — главный дирижёр Ежегодного международного Фестиваля духовых оркестров «Фанфары Тульского кремля», 2025.
2: Андрей Балин с оркестром курсантов II курса Московской военной консерватории. Выпуск молодых офицеров-дирижёров, Соборная площадь Московского кремля, 2004.