Новости


Подписка RSS    Лента RSS


Конкурс вокалистов имени Муслима Магомаева

 


«Антигона» задаёт вопросы

На сцене московского театра АпАРТе представили оперу Карла Орфа «Антигона» по одноимённой трагедии Софокла. Как говорят постановщики, этот спектакль – «не просто очередной разовый эксперимент, а исследование, которое может стать отправной точкой для освоения отечественным театром европейской музыки прошлого столетия».

Интерес к античности для искусства первой половины XX века – явление типичное и постоянное. Многоликий мир Эллады в сфере музыкального театра это балеты Дебюсси, Русселя и Онеггера, это «Орфей», «Персефона» и «Царь Эдип» Стравинского, с десяток крупных опусов Мийо и, наконец, 5 разножанровых опер Рихарда Штрауса. Но либретто перечисленных сочинений имеет довольно косвенное отношение к древнегреческой драматургии: античного здесь лишь мифологические сюжеты и герои, остальное «фантазии на тему» писателей уровня Клоделя или Гофмансталя.

В своей «греческой трилогии» («Антигона», «Царь Эдип», «Прометей») Карл Орф, напротив, добивался первозданного звучания античной драмы, поэтому музыку он положил на текст первоисточника. В случае с «Антигоной» и «Царём Эдипом» это немецкий перевод одноимённых трагедий Софокла, выполненный Г. Гёльдерлином, а в «Прометее» композитор и вовсе работал с оригинальным текстом Эсхила.

«Антигона» первая из опер трилогии написана в 1940-х годах, во время Второй мировой войны и гитлеровского режима в Германии. Премьера оперы состоялась в 1949-м в Зальцбурге и прошла с огромным успехом, несмотря на необычность произведения. Симфонический оркестр уступил место ансамблю, где главенствуют ударные, соло в оркестре отсутствуют, а архаичная речитация на одном звуке стала основой вокальных партий.

Идея поставить «Антигону» в России возникла у режиссёра-постановщика Елизаветы Корнеевой ещё в период обучения в мастерской Георгия Исаакяна в ГИТИСе. Тогда она сделала монолог Антигоны, который сегодня вырос до полноценного спектакля. Вокруг режиссёра собрался коллектив увлечённых молодых артистов: студентов ГИТИСа, Московской консерватории и Института музыки им. Шнитке, а также певцов Детского музыкального театра имени Н.И.Сац. Предлагаем познакомиться с мыслями и суждениями молодого режиссёра в небольшом интервью.

Елизавета, что предшествовало Вашей работе над «Антигоной»? Приходилось ли прежде ставить что-нибудь в таком ключе?

— После монолога Антигоны мы представили в ГИТИСе спектакль «Новелла № 9» по опере Беллини «Капулетти и Монтекки». Тогда же собралась команда, отчасти перебравшаяся и в нынешнюю «Антигону». Я считаю, что у нас исследовательский путь. Не рискую назвать это театром, мне ближе слово «лаборатория». Мы берём материал, учимся на нём, в меньшей степени пытаясь быть постановщиками и дирижёрами, актёрами и певцами. Нам было важно сохранить изначальную структуру нашей творческой жизни студийность, камерность, хотя все мы, конечно же, знаем, что такое большая театральная сцена.

«Антигона» - довольно большая опера, в ней 5 действий и около 3 часов музыки. Вы делали купюры?

— Мы поступили хитро создали некую полуоперу. Написали свой сценарий, сместили кульминацию, убрали большое количество оригинальных сцен. У нас почти не прослеживается линия Креонта, отсутствует Гемон, вся постановка сосредоточена на Антигоне. Нам показалось, что будет интереснее посмотреть на героиню с другой стороны на её внутренний мир, её упорство. Мы наделили персонажей характерами, что не свойственно греческой трагедии, и добавили драматические сцены на русском языке. Нам кажется, переход с немецкого на русский совершенно не «роняет» историю. Это тоже эксперимент, некое противостояние языковых культур. К тому же русский перевод С. Шервинского и Н. Познякова удачно влился именно в орфовскую «Антигону».

По вашему мнению, «Антигоны» Софокла и Орфа кардинально различаются?

— Конечно. Это две разные героини, и они несовместимы. Я выбрала Орфа – и это для меня больше светлая сторона истории. Но если бы был Софокл, то я бы сделала её тёмной.

Что вы подразумеваете под словами «светлый» и «тёмный»?

— Это характеристика самой Антигоны. На мой взгляд, у Софокла Креонт более светлый, чем Антигона, он пытается с ней договориться. Антигона же в принципе отрицает его как властителя, ибо она сама и есть власть. Это настоящая греческая героиня страстная и бескомпромиссная, и совершенно нечеловечная, так как предлагает свою программу, можно сказать, божественного толка. Антигона Орфа, напротив, героиня, исходящая из принципов гуманизма и христианства. Ей приходится преодолевать страшную гитлеровскую систему. Хотя композитор старался соответствовать Софоклу, но, будучи человеком XX века, он вписал древнегреческие страсти в абсолютно христианскую идеологию.

Чувствуется, что исполнители c энтузиазмом восприняли концепцию режиссёра: они сосуществуют в абсолютно едином музыкально-сценическом ритме (кстати, в процессе репетиций артисты что-то предлагали и сами). Анна Холмовская (Антигона) и Мария Козлова (Исмена) блистательно справились с непростыми вокальными партиями и убедительно сыграли сложные психологические типажи. В роли Креонта отметился Игорь Витковский его богатый глубокий бас органично соединился с образом властного царя. Постановщики использовали элементы актёрской техники Теодороса Терзопулоса, основанной на методе Фрейда, специальных дыхательных упражнениях и применении «нижнего мозга» для погружения актёра в своеобразный транс. «Мы используем технику Терзопулоса как подготовительный метод концентрирования энергии. В чистом виде его здесь нет, лишь элементы», поясняет Елизавета Корнеева.

Современная хореография Валерии Соколовой и Павла Томниковского прекрасно соответствует представлениям современного человека об античных культовых обрядах, при этом динамичная пластика артистов и хора на сцене вполне органична. Сценограф Екатерина Агений создала стильное и минималистичное пространство. Основной его элемент – тонкие металлические пластины, подвешенные в хаотичном порядке и попутно выполняющие функции шумового инструмента. Певцы потряхивают ими, и металл начинает издавать жуткий грохочущий звук, символизирующий войну. Дирижёр спектакля Александр Сметанин умело подчеркнул особенности партитуры: напряжённый ритмический «нерв», затруднительный ансамбль оркестра и вокалистов, преобладание ударных. Оркестр Орфа – это, по сути, нестандартный инструментальный состав, включающий, в том числе, 6 фортепиано и 9 контрабасов. В московской постановке его пришлось урезать, но самобытности и колористичности музыки, в целом, это не повредило.

70 лет ожидала «Антигона» Карла Орфа своего выхода на российскую сцену. И, как считает Елизавета Корнеева, чрезвычайно ритмично резонирует с современной действительностью, ведь в этом симбиозе бессмертной античной драматургии и многострадального искусства XX века – извечные проблемы человеческого бытия, особенно актуальные на сегодняшний день.

Елизавета Корнеева: «Мы забыли о таком понятии, как подвиг, причём осознанный. Ради чего стоит в наши дни совершать подвиг? Есть ли у человека ответственность перед смертью? Ведь она одновременно означает и ответственность перед жизнью. Умереть это очень ответственно, ведь мы не знаем, что там, за смертью. Как и ради чего ты жил? Антигона умирает из-за понимания ценности жизни, а не смерти. Мне кажется, сейчас значимость смерти важнее, так как мы не чувствуем ценность жизни. Так что «Антигона» задаёт множество вопросов, на которые стоит поискать ответ».

Вадим СИМОНОВ

Фото предоставлены пресс-службой театра «АпАРТе»


← события

Дети в мире старинной музыки

Выбери фестиваль на art-center.ru

 

Партнёры Музыкального Клондайка



Афиша + билеты

 
 
« Октябрь »
 
  
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234567 
 891011121314 
 15161718192021 
 22232425262728 
 293031     

Подписка RSS    Лента RSS


Все афиши



афиша