В Малом зале московского концертного комплекса «Зарядье» состоялось исполнение оперы Валерия Макарова «Велга, или Легенда о девушке-чайке».

Пока только в концертном формате — до полноценной постановки дело ещё не дошло. И пока только в камерной версии — под аккомпанемент фортепиано, хотя у произведения есть оркестровый вариант, в частности на III конкурсе молодых композиторов «Партитура» в БЗК звучали три фрагмента из этого опуса именно в оркестровой версии. Пробить себе дорогу на полноценную театральную сцену современной опере не так-то просто: тем не менее в концертном виде это уже третье исполнение «Велги» — впервые сочинение было представлено в Северной столице шесть лет назад, где оно прозвучало в Культурном центре Елены Образцовой, а после того была московская премьера в Музее современной истории.

Автор оперы широко известен как оперный певец, ныне он солист двух московских сцен — Камерной Большого театра и «Новой оперы», кроме того, благодаря участию в телевизионных проектах его можно назвать медийной фигурой. Макаров ведёт интенсивную концертную и театральную исполнительскую деятельность, к своим юным годам (а ему всего 25) у него более тридцати партий только в оперном репертуаре — многие мировые звёзды за всю карьеру спели столько партий всего! Удивительно, но в то же время ожидаемо — мне впервые Макарова довелось слушать в опере уже аж восемь лет назад, когда он спел Трике в БЗК в проекте Фонда Елены Образцовой: столь ранний старт даёт певцу очевидную фору, и артист-трудоголик времени даром не терял.

Не теряет он его и в другой своей ипостаси — в плане сочинительства, хотя пока известен в этой роли меньше: тем не менее его академические сочинения регулярно звучат на главных филармонических сценах. Такие, например, как вокальный цикл «Тринадцать миниатюр на стихи Марины Цветаевой»: к камерной вокальной лирике автор явно предрасположен, чувствует себя комфортно в данном формате.

Вот и в представленной в Малом зале «Зарядья» «Велге» ощутима была именно эта линия — и причина не только в камерном формате исполнения. По своей структуре и музыкальной драматургии, строгому номерному членению концертных по стилю фрагментов и зачастую — отсутствию связного оперного развития (особенно в первой трети опуса), по меланхолической однокрасочности атмосферы-настроения всей оперы она очень напоминала вокальный цикл, пусть и протяжённый, пусть и написанный для разных голосов. Настоящая оперная драматургия, призванная двигать развитие сюжета, композитором только намечена — в отдельных ансамблевых номерах, некоторых репликах-связках, соединяющих те или иные сольные номера. А вот что уже есть в опере и что неоспоримо привлекает в ней — это вокальность певческих партий: сразу видно, что автор понимает голоса и умеет писать для них. Такое в современной музыке встречается не так уж часто, а потому особенно ценно.

Кстати, о сюжете. Опера написана по мотивам одноимённой северной легенды (рассказа) Ивана Бунина: в центре сюжета — история неразделённой любви девушки Велги к моряку Ирвальду, её самопожертвование ради его спасения и превращение в чайку. Композитор написал либретто совместно с Анной Нифантьевой и Григорием Хубулавой: историей он был увлечён ещё в детстве и сумел положить её на музыку в 19 лет. Сочинение открывается выразительными фортепианными раскатами-пассажами, рисующими картину северной морской стихии — эта краска строгой экспрессии, яркой и холодной, присуща всему сочинению в целом, в нём ощутимо обаяние великих скандинавских композиторов, неброская, но изящная звукопись прибалтийской школы — в целом композитору очень удалась атмосфера Севера. Помимо явно удавшихся многочисленных сольных высказываний ариозного типа оперу отличают интересные ансамбли — дуэты и трио.

Опера в «Зарядье» была представлена в достойном исполнении. Удивительно, но сам автор в ней не участвовал, хотя главная мужская партия отдана тенору — правда, более плотному, чем лирический инструмент Макарова, видимо, поэтому предпочтение было отдано коллеге: с партией Ирвальда, молодого моряка, за которого борются сестры Велга и Снеггар, уверенно справился солист Камерной сцены Большого театра Артём Попов, показав красивый тембр и хорошее владение верхним регистром, включая сверхвысокие ноты. Титульную героиню исполнила Пелагея Куренная из Мариинки, чей специфический тембр идеально подошёл к образу девушки-чайки, а высокое мастерство вокала позволило справиться с немалыми вокальными трудностями — в родном театре у певицы много партий в современных операх, так что её опыт здесь очень пригодился.

Соперницу Снеггар спела прима Большого Алина Черташ — её богатое меццо подарило героине эротическую томность и одновременно загадочную зловещность. Две служебные партии — композитор поручил этим героям и отчасти — функции рассказчиков — убедительно озвучили Элеонора Макарова (Вещая Чарна) и Данила Чернецов (Северный шаман): звучное сопрано первой идеально подходило для образа мистического персонажа, в то время как бас-баритон второго придавал герою краски мудрости и своеобразной поэтичности.

Скрепляющим элементом всего исполнения стало, конечно же, фортепианное сопровождение непревзойдённого мастера Карины Погосбековой: её фактурный аккомпанемент, в известной степени компенсировавший отсутствие оркестрового звучания, а также искренний интерес к современной музыке (она — создатель знаменитого фестиваля-проекта «Музыка нашего времени»), тонкое и глубокое исполнение музыки Макарова и чуткое ведение вокалистов в совокупности задали концерту высочайшую планку — и профессионализма, и одухотворённости. Не только за счёт красивых, умелых и выразительных голосов, но во многом благодаря именно мудрому и чёткому музыкальному руководству, скромное на первый взгляд концертное исполнение не на самой главной столичной площадке стало заметным музыкальным событием в текущей московской афише.

Александр МАТУСЕВИЧ
Фотографии (Петр Колчин) предоставлены пресс-службой «Зарядье»