Новости


Подписаться на новости



25.11.2018

«Вселенная – Светланов!»: планеты и звёзды

Евгений Светланов в БЗК. Фото из архива.

10 и 11 ноября в Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского прошел фестиваль «Вселенная – Светланов!», посвящённый 90-летию одного из самых выдающихся русских музыкантов XX века – дирижёру, пианисту и композитору Евгению Светланову.

Подзаголовок фестиваля «Безумный weekend» оправдался в полной мере: в течение двух выходных дней во всех залах консерватории были представлены тринадцать концертов, отражавших творческий путь Светланова – произведения, которыми он дирижировал, его собственные сочинения, любимая им джазовая музыка, а также мировая премьера – произведение Рене Кёринга «Кольца памяти», посвящённое маэстро.

График концертов был составлен таким образом, что публика могла переходить из одного зала в другой и полностью услышать всю программу фестиваля.

Среди музыкантов, посвятивших свои выступления Евгению Светланову, Борис Березовский, Яна Иванилова, Александр Князев, Андрей Коробейников, Дмитрий Махтин, Екатерина Морозова, Пётр Мигунов, Вадим Репин, Александр Рудин, Ярон Эрман (джаз), а также Государственный академический симфонический России оркестр им. Е.Ф. Светланова, Камерный оркестр Московской государственной консерватории, Государственная академическая хоровая капелла России им. А. А. Юрлова, Уральский молодёжный симфонический оркестр, Государственный квартет им. А.П. Бородина и многие другие.

За дирижёрский пульт встали лауреаты Международного конкурса дирижёров имени Евгения Светланова, завоевавшие мировое признание, – Лио Куокман, Кале Куусава, Роберт Тревиньо, Роберто Форес-Весес.

Без дирижёра прошёл вечер под названием «Несостоявшаяся встреча», когда пианист Борис Березовский вместе с ГАСО им. Е. Ф. Светланова исполнили Концерт № 1 П.И. Чайковского. Интересна его предыстория...

Пианист Борис Березовский. Автор фотографии Ирина Шымчак.

Борис Березовский. Фото Ирины Шымчак.

«Причём тут руки пианиста?»

Во вселенной ничего не происходит случайно. И то, что пианист Борис Березовский в 2002 году не встретился с маэстро Светлановым на сцене, видимо, имело глобальный смысл: две планеты не могут сойтись так близко. Предыстория фестивального концерта, названного «Несостоявшаяся встреча», такова: 5 мая 2002 года Березовский должен был исполнить Концерт № 1 П.И. Чайковского с оркестром под управлением Светланова, но 3 мая сердце дирижёра остановилось…

Марина Бауэр, арт-директор фестиваля «Вселенная – Светланов!»Инициатор и арт-директор фестиваля «Вселенная – Светланов!» Марина Бауэр решила, что теперь всё же должно осуществиться то, что не свершилось тогда. Только место за пультом будет пустовать… Что весьма символично: личности масштаба Светланова рождаются редко. Ситуация органично совпала с желанием пианиста играть с оркестрами самостоятельно, хотя дирижёром Березовский себя не считает. Он считает себя равноправным участником ансамбля наравне со всеми оркестрантами.

Поздним ноябрьским вечером, когда к моему удивлению в 21:00 зал заполнился публикой, знаменитый Первый концерт, который благословенные стены БЗК слышали не сотни даже, а тысячи раз, прозвучал настолько свежо, что мы открыли его для себя заново. Как правило, музыканты обращают внимание на торжество, величие и пафос первой и третьей частей шедевра, здесь же отчётливо проявились будто не слышанные нами ранее мелодии – все эти отзвуки осенних песен и подснежников Чайковского-лирика, неожиданно ярко и смело прозвучали процитированные композитором весёлые народные веснянки. Исполнительские штампы, которыми оброс концерт, особенно в советские времена, растворились в лирических соло флейт, гобоев и виолончелей, в иронии и самоиронии оркестрантов. Оказалось, что Первый концерт – не только пафосная, но и весёлая музыка!

Мы привыкли к тому, что в Первом концерте, особенно исполняемом на Международных конкурсах им. Чайковского, внимание публики приковано к солисту. Березовский же сделал так, что красочным и пышным цветом расцвёл богатый симфонизм произведения: непривычными доселе оттенками и переливами заиграли оркестровые краски всех инструментов – духовых, струнно-смычковых, ударных. Кому-кому, а Березовскому, справедливо получившему все лавры мира, уже давно не надо доказывать, кто здесь главный. Он развернул рояль хвостом в зал, разместился в центре оркестра и полностью сосредоточился на исполнительстве.

Отчаявшись увидеть лицо и руки солиста за концертмейстером группы виолончелей, я волей-неволей сконцентрировалась на звуке и только выиграла. О, сколько нам открытий чудных преподнёс Березовский вместе с оркестрантами! Все они дали нам возможность услышать те ноты и прочувствовать те настроения, которые всегда в партитуре присутствовали, только мы их почему-то не замечали. Не потому ли, что прежде не замечали этих красок сами исполнители? Теперь же возникли целые музыкальные фразы, раньше ускользавшие от нашего внимания, а вместе ними возник и океан неизведанных эмоций. Вот вам и пожалуйста! А всем казалось, что Первый концерт давно на слуху. Надо бы перечислить поимённо всех оркестрантов, каждый из которых заслужил отдельного «браво», но назову лишь концертмейстеров групп, чьи бриллиантовые соло были рассыпаны по всей партитуре, – это первая скрипка и концертмейстер оркестра Сергей Гиршенко, виолончелист Пауль Суссь, флейтист Евгений Яковлев, гобоист Алексей Коноплянников, кларнетист Михаил Безносов, валторнист Валерий Жаворонков и литаврист Николай Ермаков.

И ещё. Лично для меня, как и для многих меломанов, смотреть на руки солиста, – обязательный ритуал. Часть сакрального концертного действа. На сей раз я пианиста не видела вовсе. И, как ни парадоксально, при всём моём восторженном отношении к Березовскому, поймала себя на мысли, что сейчас мне абсолютно безразлично, кто находится за роялем. И что во всех наших спорах: «Борис Вадимович, но ведь зритель хочет видеть руки пианиста, а вы за роялем прячетесь!», он был прав, когда говорил: «Причём тут руки? Люди приходят музыку слушать». Потому что в тот поздний ноябрьский вечер главным действующим лицом на сцене была музыка и ничего, кроме музыки.

Они строили Шартрский собор!

Таким же образом, без дирижёра, Березовский совместно с Госоркестром им. Светланова уже исполнял Концерт № 20 Моцарта, Концерт для фортепиано и духовых инструментов Стравинского и Концерт № 1 Брамса. Запись, состоявшаяся 8 апреля 2017 года в присутствии публики в КЗЧ, вышла на CD. Зарубежная критика отозвалась о диске восторженно, назвала тот концерт грандиозным, а опыт пианиста и оркестрантов уникальным. Московская критика отмолчалась, будто у нас таким образом концерты играют каждый день. Нет пророка в своём Отечестве, разве для кого-то это новость?

Второй опыт совместной работы пианиста Березовского с оркестрантами Госоркестра, профессионалами экстра-класса, которые прекрасно знают этот музыкальный материал, давно на память выучили партии и сыграют Первый концерт – ночью разбуди, показал, что секрет успеха не в репетиционной сыгранности и даже не в мастерстве, а в абсолютном человеческом доверии музыкантов друг другу. Ориентируясь на солиста, трепетно прислушиваясь к партнёрам, вступая по первой скрипке или по концертмейстерам групп, оркестранты продемонстрировали предельную, максимальную концентрацию внимания. Однако играли внешне легко и непринуждённо. Оркестр превратился в грандиозный ансамбль, а правила игры – будь то оркестр, квартет или театр – всюду одинаковы: надо знать материал, раскрыть глаза и уши – только и всего. Публике оставалось лишь удивляться: как это они вступили или сняли вовремя? Почему не разошлись по вертикали? Да потому что тут вступают в силу незыблемые законы сцены – артистическое братство, партнёрское чувство локтя, взаимовыручка. Взрослые люди, включившись в процесс игры – «игры» в глобальном смысле слова – превратились в детей, искренних и восторженных. Видели бы вы счастливые лица оркестрантов! Они играли не потому что надо дать концерт, чтобы получить зарплату, а потому что получали удовольствие от музыки, процесса её исполнения и делились своей радостью с публикой. Вопрос о том, сыграли они вместе или разошлись, сразу отпадает: при колоссальной эмоциональной и профессиональной сплочённости синхронность возникает автоматически.

Ну да, слегка ускорились в третьей части, наиболее сложной технически и ритмически. Полагаю, что скорость набрали не осознанно, от лёгкой взволнованности, воодушевления и куража. Разогнались так, что дух захватывало. Казалось, на такой космической скорости солисту не справиться с октавными пассажами, а Березовский сыграл и глазом не моргнул. Причём два раза подряд: коду повторили на бис. Я лично такой смертельный номер видела дважды и только в исполнении Березовского, да и знакомые музыканты утверждают, что третью часть Первого концерта не принято играть на бис: дескать, уж очень сложна. Зато при бисовом исполнении коды всё прозвучало как положено: более широко, тожественно, пафосно, монументально – именно так, как привыкла слышать почтенная публика, не признающая вольностей с темпами и прочих экспериментов.

Вместо того, чтобы исписывать страницы совершенно бесполезными словами о том, как вдохновенно играли музыканты, выводя главную и побочную партии, лучше напомню притчу. Франция, XII век нашей эры, идёт стройка, человек подходит к одному строителю и спрашивает: «Что ты делаешь?», тот отвечает: «Разве не видишь? Везу камни на стройку!» Спрашивает другого: «Что ты делаешь?», и тот со вздохом отвечает: «У меня семья – жена, дети, надо зарабатывать на хлеб, вот и тружусь на стройке». Обращается к третьему: «Что ты здесь делаешь?» и третий, воздев руки к небу, говорит: «Разве не знаешь?! Я строю Шартрский собор!» Все они в тот вечер строили Шартрский собор.

3. Государственный академический симфонический оркестр России им. Е.Ф. Светланова. Солист Борис Березовский (фортепиано)

Государственный академический симфонический оркестр России им. Е.Ф. Светланова. Солист Борис Березовский (фортепиано).

Колокол звонит по тебе

До того, как исполнить на фестивале «Вселенная – Светланов!» рахманиновское Элегическое трио № 2 ре минор op. 2 «Памяти великого художника», скрипач Дмитрий Махтин, виолончелист Александр Князев и пианист Борис Березовский в том же составе четырнадцать лет назад играли на знаменитом фестивале в Рок-д’Антероне другое трио – «Памяти великого художника» П.И. Чайковского. Уже тогда зарубежные критики отметили важную организующую роль Березовского в составе камерного ансамбля. Лидерские задатки пианиста проявились давно и, скорее всего, были свойственны ему изначально, а с годами привели к тому, что солист сумел подчинить своей исполнительской воле целый оркестр.

Трио Рахманинова, начинаясь с вкрадчивого диалога скрипки и виолончели на фундаментальном фоне фортепиано, восходит к трагически-философскому монологу композитора о тяготах судьбы, вечном преодолении и бренности всего земного. Три исполнителя отдали себя сполна, передав скорбное настроение композитора, потрясённого внезапной смертью Чайковского, которого Рахманинов считал своим наставником, хотя и не учился у него буквально. В контексте фестиваля «Вселенная – Светланов!» финальный концертный номер стал поминовением Маэстро, который ушёл, оставив нам вселенную звукозаписей бессмертной классики. Когда у Князева, как у Паганини, на смычке вечно рвётся волос, – это выглядит олицетворением высокого эмоционального накала, с которым все трое отдаются стихии игры. Столь яростной, самозабвенной творческой отдаче, естественной для этих музыкантов, не перестаёшь удивляться.

Борис Березовский, Дмитрий Махтин и Александр Князев исполняют Элегическое трио № 2 Рахманинова 11 ноября в БЗК.

Борис Березовский, Дмитрий Махтин и Александр Князев исполняют Элегическое трио № 2 Рахманинова 11 ноября в БЗК.

Вместе с тем, ансамбль, безукоризненность которого не подлежит обсуждению, абсолютно лишён внешней аффектации, крикливости, форсированного звука и ложного пафоса. Образец культуры звучания. Какой печальный диалог виолончели и скрипки на фоне арпеджированных пассажей рояля! Парадоксально соединяются с напевностью и плакучестью двух струнных лирические кружева Березовского с их немыслимой скоростью, которой давно уже не удивляешься, а воспринимаешь как должное. И так же воспринимаешь как должное феноменальную сыгранность музыкантов, их чуткость по отношению друг к другу, особенно в моменты решительных молниеносных пассажей.

Нетрудно заметить и пронаблюдать: чем старше и опытнее становятся музыканты, тем аккуратнее и деликатнее звук. Мудрая простота и сдержанность – вот главные характеристики этого трио. Пианиссимо в дуэте Князева и Махтина настолько прозрачно, что музыка оборачивается… почти тишиной. У Березовского мы слышим не рояль, а отзвуки рояля. Все трое достигли той исполнительской зрелости, когда на первый план выходит деликатность, и хочется не крика, но шёпота. И шёпот этот производит впечатление гораздо более сильное, нежели самый отчаянный крик.

В третьей части музыканты являют апофеоз, расцвет абсолютной свободы музицирования. В финале Березовский, повторяя главную тему, воспроизводит печальный колокольный набат, переходящий в отзвуки заупокойной погребальной мессы. И когда звук совсем истаял, растворился под высоким сводом зала, зрители встретили последний такт гробовой тишиной. И это шоковое молчание продолжалось, пока Березовский не встал из-за рояля…

P.S. Кстати, в повести «По ком звонит колокол» Хэмингуэй упоминает Шартрский собор, коль скоро он пришёлся здесь к слову, как место, где человек испытывает подлинное чувство долга, братства и экстаза. Всё это случилось на фестивале «Вселенная – Светланов!»: исполненные чувства долга музыканты отдали дань Маэстро и вместе с публикой испытали трепетное эмоциональное единение и яркий творческий экстаз.

Лилия ЯЩЕНКО

Фото в БЗК Дмитрия КОРОБЕЙНИКОВА

25.11.2018



← события

Выбери фестиваль на art-center.ru

 

Нажимая "Подписаться", я соглашаюсь с Политикой конфиденциальности

Афиша

Афиша

Все афиши


Подписка RSS    Лента RSS






афиша

 

 
Рассылка новостей