Заслуженный артист Азербайджана, пианист и композитор Шаин Новрасли — специальный гость концерта Джазовой комиссии Союза московских композиторов, который состоится 25 октября в Москве. В интервью он рассказал о своём пути в джаз, встрече с Ахмадом Джамалом, фестивале и предстоящем выступлении.

— Вы начали заниматься музыкой в раннем детстве, окончили Бакинскую музыкальную академию по классу фортепиано. Как классическая школа повлияла на ваше понимание импровизации?

— Вы знаете, наверное, тяга к музыке и творчеству — это что-то моё, врождённое. Мой прадедушка — азербайджанский поэт XIX века Мирза Алескер Новрас. Папа — профессор. Профессионально я начал заниматься классикой в школе имени Бюль-Бюля, а затем окончил Бакинскую музыкальную академию по классу фортепиано. Я много занимался — порой по десять-двенадцать часов в день — и переиграл огромное количество русской и европейской классики. Любовь к джазу при этом была всегда. Между занятиями классическими произведениями я импровизировал, хотя старался себя сдерживать: нужно было прежде всего учить и играть классику. Примерно в тринадцать-четырнадцать лет я уже всерьёз начал заниматься джазом и импровизацией.

— Ваше знакомство с записями Вагифа Мустафазаде стало поворотным моментом. Что именно в его музыке стало для вас отправной точкой?

— Вагиф Мустафазаде — абсолютная легенда музыкального мира, не только азербайджанского. Наверное, я бы сравнил его с Бахом для немцев. Он взял древний мугам и пропустил его через ритм-секцию, доказал, что наши лады не музейный экспонат, они могут «качать» так же сильно, как джаз. Вот это соединение, с одной стороны, древней традиции, а с другой — абсолютной свободы, импровизации — та отправная точка, которая задаёт ритм моему творчеству.

— Вы говорите о джаз-мугаме как о синтезе. Как вы работаете с мугамом, чтобы он не превращался в стилизацию?

— Давайте вообще разберёмся, что такое «мугам». С одной стороны, это элитарное профессиональное искусство Ближнего и Среднего Востока устной традиции, но с другой, в нём много свободы импровизации, когда исполнитель ориентируется на своё внутреннее чутьё, мастерство момента и эмоциональный контакт со слушателем. Представьте: левая рука играет густую, тягучую, почти восточную мелодию, а правая вдруг взрывается каскадом острых, «стеклянных» джазовых аккордов. Мугам — это запах благовоний и специй, а джаз — это вкус ледяного виски в нью-йоркском клубе. Я пытаюсь смешать эти запахи в одном бокале.

— Вы говорили, что встреча с Ахмадом Джамалом изменила вашу карьеру. Расскажите, как складывались ваши отношения?

— О, Ахмад Джамал — это уникальный музыкант. Он был кумиром самого Майлза Дэвиса! Для меня он сделал очень много, и встреча с Ахмадом стала одним из важнейших событий в моей карьере. Он был сопродюсером двух моих альбомов — «Emanation» и «From Baku to New York City». Мы записывали их в Париже, вместе выступали. У нас было несколько концертов в Нью-Йорке, мы играли на одной сцене на фестивале Jazz à Saint-Germain-des-Prés и несколько раз на Marciac Jazz Festival.

— Вы основали Baku Piano Festival, который теперь носит ваше имя Shahin Novrasli Festival. Зачем вам, действующему музыканту, ещё и фестиваль?

— Во-первых, мне хотелось устроить праздник фортепиано у себя дома, в родной стране. И мне важно, чтобы фестиваль был не узкожанровым конкурсом, а площадкой, где встречаются и договариваются разные культуры — классика, джаз, фламенко, мугам, современная музыка звучат здесь на равных. Во-вторых, мне важно дать сцену не только маститым музыкантам, но и одарённым детям: пусть выйдут на большую профессиональную сцену и почувствуют её вкус. И, конечно, дорого чувствовать плечо поддержки — этот фестиваль мы придумали и делаем вместе с моей женой Натаван: она моя главная опора. Но вообще-то я занимаюсь всем: от виз, билетов и проживания до гонораров и программы. Мне интересно быть не только музыкантом на сцене, но и тем, кто этот праздник придумывает и собирает по кирпичику. В следующем году мне исполнится пятьдесят — есть мечта провести фестиваль в Москве. Очень надеюсь, что она осуществится.

— 25 октября вы выступите в Москве на концерте Джазовой комиссии. В каком формате и что исполните?

— Для меня это и честь, и радость — 25 октября выйти на московскую сцену на концерте Джазовой комиссии Союза московских композиторов. Играть буду в составе трио: пятнадцать минут, несколько моих пьес в стиле джаз-мугам — музыка, которую московская и вообще российская публика давно приняла в своё сердце. Я везу в Москву не просто ноты, я везу код моего города. Если 25 октября в зале хоть на секунду повиснет та самая восточная тишина, когда последний звук рояля уже затих, а люди боятся пошевелиться — значит, всё было не зря.

Концерт состоится 25 октября в 18:00 в Концертном зале Союза московских композиторов (Брюсов переулок, 8–10) в рамках 46-го фестиваля «Московская осень». Вход свободный.

46 фестиваль «Московская осень» реализуется при поддержке Грантов Мэра Москвы для социально ориентированных НКО Комитета общественных связей и молодежной политики города Москвы. Фестиваль проходит при поддержке Министерства культуры Российской Федерации и Союза композиторов России.

Беседовал Антон УРБАН
Фотографии из личного архива Ш. Новрасли