Если вы бывали на Арбате, то наверняка сворачивали в Борисоглебский переулок — и замечали бронзовую фигуру на гранитном постаменте: склонённая голова лежит на ладонях, локти упираются в колонну. Она будто задумалась о чём-то своём и присела на минуту. Это памятник Марине Цветаевой, установленный в 2007 году. И он здесь не случайно.

Напротив, через переулок, — дом 6, строение 1. Это бывший доходный дом на четыре квартиры. Сегодня там расположен Дом-музей Марины Цветаевой. В квартире № 3 на втором этаже, с антресолью и мансардой, Цветаева прожила восемь лет, с 1914 по 1922 год. Музей открыли в 1992 году к 100-летию поэта при участии Советского фонда культуры во главе с академиком Дмитрием Лихачёвым. Внутри — воссозданный интерьер, архивные документы, фотографии, антикварная мебель и личные вещи Цветаевой.

Музей живёт не только экспозицией: здесь работают научная библиотека, проходят выставки, концерты, литературные и художественные вечера, спектакли и лекции.

Восемь лет в Борисоглебском, за которые Цветаева стала собой как поэт

В сентябре 1914 года в эту квартиру въехала двадцатидвухлетняя Марина Цветаева — с мужем Сергеем Эфроном и двухлетней дочерью Ариадной. Молодая, обеспеченная, образованная — дочь профессора-искусствоведа Ивана Цветаева, основателя Музея изящных искусств, и пианистки Марии Цветаевой (урожд. Мейн). За плечами — уже три выпущенных сборника: «Вечерний альбом» (1910), получивший отклики Брюсова, Волошина и Гумилёва, «Волшебный фонарь» (1912) — вторая книга, посвящённая мужу, Сергею Эфрону, и «Из двух книг» (1913) — избранные стихи из двух первых сборников.

А впереди — счастье. По воспоминаниям сестры Анастасии, войдя в комнату, где из потолочного окна шёл поток света, Цветаева воскликнула: «Я уже в этой комнате почувствовала, что это — мой дом!» Квартиру она обустраивала с большим увлечением. Было в ней что-то от дома в Трёхпрудном переулке, где прошло детство поэта, — и что-то своё: её особая планировка, необычность. Спустя годы Цветаева описала этот дом словами: «коробка сюрпризов, с возникающими из-под ног чудесами».

Счастье постепенно рассеивалось: мирная жизнь уходила из этих стен, уступая место войне и голоду. В 1917-м Сергея призвали, в 1918-м он ушёл в Добровольческую армию. Квартиру уплотнили. Для матери с двумя детьми она стала слишком большой. Семья выбирала один уголок, который можно было отопить, пока его не приходилось уступать новым жильцам. Для тепла и приготовления еды — печка-буржуйка. Всё, что попадалось под руку, уходило на дрова. К работе Цветаева относилась неизменно требовательно: писала в тетрадях, а если их не было — сшивала сама. Обои на стенах тоже шли в дело — для фрагментов стихов и мыслей. В ноябре 1919-го Цветаева отвезла обеих дочерей в Кунцевский приют. Тяжело заболевшую Ариадну она вскоре забрала оттуда: пока выхаживала старшую дочь, младшая Ирина умерла в приюте.

В июле 1921-го через Илью Эренбурга до Марины дошла весть: Сергей жив. «Если от счастья не умирают, то — во всяком случае — каменеют», — ответила она на его первое за четыре года письмо. В мае 1922 года Цветаева вместе с дочерью Ариадной уехала в эмиграцию.

Здесь Цветаева состоялась как поэт. В Борисоглебском написаны «Стихи о Москве» — цикл 1916 года. Два цикла-посвящения — «Стихи к Блоку» и «Стихи к Ахматовой». Шесть пьес, вошедших в цикл «Романтика»: «Червонный валет», «Метель», «Фортуна», «Приключение», «Каменный ангел», «Феникс». Две поэмы — «Царь-девица» и «На Красном коне». И наконец, «Лебединый стан» — стихи 1917–1921 годов о Белой гвардии, посвящённые мужу. Книга, которую при её жизни так и не напечатали.

По квартире — вслед за экскурсией

Экскурсия «Жизнь и творчество Марины Цветаевой» стала нашим маршрутом по квартире.

Первая комната — прямо от входа. В семье её называли «отчепенец»: отдельная, отгороженная часть квартиры, где в основном жила прислуга, а изредка останавливались друзья. Сейчас её, как и при самой Цветаевой, не загромождают мебелью: здесь небольшое выставочное пространство.

Дальше — столовая, хотя сама Цветаева входила сюда только через центральную дверь. Почти сказочное потолочное окно, камин. Когда-то каминную полку украшали чучело лисы, бюст Пушкина, часы в виде верблюда; сейчас в комнате представлены типологические предметы в цветаевском вкусе, в стеклянной витрине у входа — фамильная посуда из семьи Сергея Эфрона. Сначала это была самая парадная комната квартиры — здесь принимали гостей. А потом в ней же стояла печка-буржуйка.

Следующая комната соединяет столовую, детскую и комнату Марины Цветаевой. Потолки ощутимо низкие. На стенах — фотография матери Цветаевой и портрет Бетховена, в точности такой, как был в Трёхпрудном. Именно здесь стоял рояль, принадлежавший матери. Для Цветаевой эта вещь была особенно дорога. Но в голодные годы рояль пришлось обменять на пуд чёрной муки; в музее сегодня стоит аналог инструмента.

Дальше — самая большая комната в квартире. Между двумя окнами во двор — зеркало и туалетный столик, единственные мемориальные предметы мебели этой квартиры. А напротив — портрет Марины Цветаевой кисти Магды Нахман, единственный сохранившийся прижизненный живописный портрет поэта. Кажется, будто она смотрит в это самое зеркало. Большую, светлую комнату с высоким потолком, предназначенную быть парадной, Цветаева отвела под детскую. Она и осталась ею: живой, тёплой, душой этой квартиры. А в тяжёлые времена почти не отапливалась. Этот контраст чувствуется здесь особенно остро.

Следом — комната-кабинет Марины. Одиннадцать углов, низкие потолки, большой письменный стол напротив окна. Здесь Цветаева хранила все свои «сокровища»: бюст Амазонки, репродукции Врубеля — любимого художника, «Дуэль Пушкина с Дантесом». Портреты Наполеона и его сына, герцога Рейхштадтского, — давняя страсть, переехавшая сюда из Трёхпрудного. И копии сохранившихся тетрадей — с удивительно аккуратным почерком.

Последняя точка — антресольный этаж, где находится комната Сергея. Причудливое окно под потолком — другое, не то, что в столовой. У Сергея был туберкулёз — тот же недуг, от которого умерла мать Цветаевой, Мария Александровна. Она говорила, что сама жила бы на чердаке: там больше света и воздуха. Цветаева запомнила эти слова и поселила мужа наверху в надежде, что свежий воздух пойдёт ему на пользу. К тому же здесь он мог уединиться: готовиться к экзаменам на историко-филологическом факультете, репетировать роли, которые исполнял на сцене Камерного театра. И здесь же — самая болезненная точка квартиры. Отсюда Сергей ушёл в Добровольческую армию, и следующие четыре года Марина не знала, жив он или погиб.

Мы спустились с антресоли и снова оказались у входа, с которого начинали. Квартира осталась позади, но каждая комната в ней помнит обе жизни Марины Цветаевой: до катастрофы и после.

Афиша и билеты

Дом на Борисоглебском всё ещё здесь — и готов рассказать вам историю Марины Цветаевой. Музей работает со вторника по воскресенье, с 12:00 до 19:00; по четвергам до 21:00. Экскурсия «Жизнь и творчество Марины Цветаевой» идёт ежедневно, по расписанию музея.

Помимо постоянной экспозиции, в музее действуют дополнительные выставочные залы и концертный зал, где проходят концерты, литературные вечера и лекции. Афиша обновляется почти каждую неделю. Проводятся и тематические экскурсии. Три события ноября прямо продолжают этот маршрут:

14 ноября — авторская экскурсия Галины Данильевой «Так расскажи нам про любовь…»: о встречах и разлуках в этом доме.

15 ноября — тематическая экскурсия «История семьи Цветаевых»: о трёх поколениях семьи.

26 ноября — расширенная экскурсия по выставке «Места моей души»: архитектура квартиры, мемориальные предметы и география души поэта — «Таруса — Langackern — Коктебель — Мокропсы (Вшеноры)».

Расписание и билеты — на сайте музея и на Мосбилете.

Варвара КАРПОВА
Фото автора