В Концертном зале Мариинского театра поставили «Золотого петушка» Н.А. Римского-Корсакова

Обновленный «Золотой петушок» стал первой оперной премьерой сезона в Мариинском театре. Последнюю оперу Римского-Корсакова впервые сыграли на сцене Мариинки в 1919 году. Хотя за пять лет до петербургской премьеры «Золотого петушка» в 1914 году оперу показали в Париже на сцене Гранд-опера силами труппы Русских сезонов Сергея Дягилева, затем настали долгие десятилетия забвения. Опера вернулась на петербургскую театральную рампу лишь в 2003 году (совместная постановка с парижским театром Шатле звезды японского театра кабуки Энносюке Ичикава) и затем в 2014-м. Но тогда это был уже современный взгляд режиссера Анны Матисон, по чьему замыслу Петушок оказался гротескным тинейджером, свита Додона позолоченой, а Шемаханская царица откровенно эротичной.

В новой интерпретации шедевр Римского-Корсакова адресовали специально для детской аудитории.

Важную роль в нынешней постановке сыграло акустическое пространство Концертного зала Мариинского театра. В день премьеры за дирижерским пультом был маэстро Валерий Гергиев.

Режиссер обновленной постановки Анна Шишкина считает, что интерпретировать позднюю оперу Римского-Корсакова можно бесконечно, так как воля фантазии неисчерпаема.

Анна Шишкина: «Это действительно памфлетная, сатирическая история, которая дает много пищи для интеллектуального постижения. Но у нас была задача сделать детский проект, привлечь семейную аудиторию, поэтому для нас этот спектакль в первую очередь сказка. Мы хотим максимально сохранить энергию детской игры, не умаляя всех смыслов, заложенных Пушкиным и Римским-Корсаковым».

Художником по декорациям выступила Варвара Плетнева, а костюмы создала Антония Шестакова — ведущий технолог театра и и автор макетов для «Отелло» и «Набукко» Верди, «Царской невесты» и «Сказания о невидимом граде Китеже и деве Февронии» Римского-Корсакова. За танцевальные номера отвечала хореограф Мария Кораблева, световое оформление спектакля осуществил Анатолий Ляпин.

«Сама планировка сцены натолкнула нас на идею представить Додоново царство как маленькую шкатулочку — своего рода камерный мир. Вместе с тем Концертный зал обладает впечатляющей высотой, которую мы заполнили звездами, огромными люстрами, драпировками. В нашем спектакле это пространство зла, надвигающегося на маленький кукольный городок внизу. Мы постарались воплотить на сцене волшебное, удивительное действие, от которого юный зритель придет в восторг», — отметила художник по декорациям Варвара Плетнева.

Наряду с оперными певцами на сцене можно было увидеть артистов балета. Восхищенные лица детей и изумление их родителей были вполне предсказуемы: юным зрителям интересно следить за ходом сказки, ну а взрослым приходилось тоже пофантазировать и сложить свое впечатление о новом спектакле.

Сгущающиеся сумерки на сцене незаметно переходят в ночь, на небе тускло мерцают звезды. Из этого небытия возникает шатер Шемаханской царицы, Звездочет и Петушок тоже появляются в кромешной тьме. Царя Додона вывозят на сцену на кукольной повозке в сопровождении хитроумных бояр.

В постановке Анны Шишкиной по-новому зазвучала тема войны Додона. Отчасти это напоминало трагифарс, когда на сцене неуклюже двигалось войско царя.

Шемаханская царица и её причудливый девичий гарем —воплощение обманчивой сказки, сулящей явно что-то недоброе: холодное коварство и зыбкую угрозу. И все же, этот мрачный «карнавал» разряжают потешные малыши-«шемаханцы». В ярких накидках и смешных чалмах дети с искренним азартом отважно шагают по сцене.

Пальму первенства в премьерном спектакле можно смело адресовать талантливому тенору Борису Степанову, который с легкостью справлялся с головокружительными пассажами в партии Звездочета, изобилующей очень сложными фиоритурами. Заботливая ключница Амелфа Анны Кикнадзе наряду с отменным вокалом продемонстрировала свои лучшие актерские способности. Максим Даминов и Александр Трофимов в партиях царских сыновей Афрона и Гвидона предстали комическими персонажами. В то время как исполнитель заглавной роли бесшабашного царя Додона Андрей Серов запомнился двуличным олухом – он вроде бы и переживает за своих сыновей, и в то же время готов воевать непонятно за кого и плясать по велениям своей суженой Шемаханки.

«Опера Римского-Корсакова «Золотой петушок» – опасная, она множество раз подвергалась переделкам, потому что не нравилась высшим чинам, и при жизни автора не была поставлена. Но что интересно, даже сейчас она очень актуальна. Добра здесь нет и в помине, а зло торжествует всевластно. Победить может только сильнейший. У Римского-Корсакова наряду с интонацией первостепенно само слово. Вся мелодическая основа заложена в оркестре, а вот для певцов это скорее такая речитативная история за исключением нескольких известных арий. Римский-Корсаков очень точно передает чувства и смятения героев, есть какие-то определенные паузы, которые мы обязаны выдерживать. И когда ты абсолютно точно поешь, что написано композитором, получается именно та сказка и история, которая действительно интересна людям. Мы - оперные солисты ,-  одновременно являемся и артистами оркестра в том числе, и должны петь абсолютно точно, но донося очень внятно и понятно слово, чтобы зритель услышал истинное звучание этой небылицы в лицах», – рассказал солист оперной труппы Мариинского театра, исполнитель партии Царевича Гвидона, тенор Александр Трофимов.

В роли обольстительной и надменной Шемаханской царицы в первом вечере блистала Ольга Пудова: «Партия удивительная, и конечно, Римский-Корсаков добавил столько „приправы“ в эту женщину. Она прямо полноценный персонаж этой сказки, от которой фактически зависит ход событий, - считает певица. - Но волшебство в любой постановке этой сказочной истории остается неизменным».

В следующем спектакле Ольгу Пудову сменила не менее затейливая чаровница Юлия Сулейманова, которая тоже внесла немало пряных экзотических красок в образ восточной красавицы. Ее голос звучал несколько мягче и обольстительнее, в то время как Ольга Пудова сверкала колоратурами и наслаждалась мелодическим рисунком своей героини.

Оркестр Мариинского театра под чудодейственным управлением Валерия Гергиева порадовал экспрессивной игрой и изысканной тембровой палитрой. Чуткую ансамблевую игру дополняли довольно качественные вокальные эпизоды.

Виктор АЛЕКСАНДРОВ, Санкт-Петербург
 фото Михаила Вильчука (2025) © Мариинский театр